Черно-белое знамя Земли

Правда, не до конца. Картины ночной жизни основательно выбили его из колеи, и чтобы снова в нее войти, требовалось как-нибудь встряхнуться. Чжен в сотый раз оглянулся и решил пройтись в бодрой ночной толпе хотя бы до угла дома.

За углом, на широком освещенном проспекте Линфаня ожидало новое откровение. Ничего похожего на «ночной день» здесь не было! По тротуарам бродило несколько десятков обычных вялых полуночников, в дверях открытых круглосуточно супермаркетов и баров стояли зевающие охранники, а транспортный «поток» мог претендовать от силы на «ручей».

Чжен невольно обернулся. Улица за спиной по-прежнему кипела «темной жизнью». Фокус заключался в том, что проспект являлся частью второго транспортного уровня, а первый уровень за несколько метров до перекрестка нырял в трубу проложенного под проспектом тоннеля. То есть темная и светлая жизнь не пересекались, расслаиваясь, как водка и томатный сок в «Кровавой Мэри».

Мысль о коктейле подтолкнула Чжена к дверям ближайшего заведения в модном «земном» стиле.

Обилие заведений «европейского» образца на китайской колонии было, с одной стороны, продуктом глобализации, а с другой – данью старинной традиции, пришедшей из тех древних времен, когда Сянган еще был Гонконгом, Аомынь – Макао, Тайвань – Формозой, а о глобализации никто и не помышлял. На заре современной эпохи во всех «заморских территориях» традиции Европы как-то сами собой смешивались с национальным китайским колоритом и создавали неповторимую атмосферу соединения, причем довольно гармоничного, противоположных стихий. Когда же пришла пора освоения космических колоний, история повторилась, только в несколько ином масштабе. На Дао традиционные ресторанчики вполне уживалась с барами, пабами и кафе, а люди свободно говорили как на колониальном китайском, так и на торговом английском.

Ну, и пили на колонии, соответственно, все, что угодно: от рисовой водки до темного пива, виски и текилы. Линфань почти не пил спиртного, но сейчас что-то подсказывало ему, что лучше выпить, чем сойти с ума.

Охранник бросил на запоздалого посетителя короткий взгляд и жестом потребовал снять «очки».

– Снимать запрещено.

– Да, конечно. – Чжен торопливо спрятал камеру в карман. – У вас все за наличные или я смогу расплатиться через гейм-порт?

– Откуда я знаю, сможешь ты расплатиться или нет? – буркнул охранник. – Не сможешь, вышвырну, и весь разговор.

Линфань прошел к барной стойке и уселся на неудобный высокий табурет.