Черно-белое знамя Земли

Если это сделает обычная полиция, программа надзора выдаст предупреждение и местный отдел «собеза» будет вынужден начать расследование инцидента.

– А если этого не произойдет, программа пошлет рапорт по инстанции.

– Вот именно. Если заговор существует, этого не случится.

– А если ШНЦ прикрывают высшие чины в Стокгольме?

– Программа есть программа. – Грайс пожал плечами. – Чины обязаны реагировать только на формальные рапорты, а их пишут офицеры рангом ниже и на основе программы. Узнав, где происходит блокировка информации, мы получим ответ на вопрос, кто всем этим заправляет.

Экспресс замедлил ход, но еще до его остановки шпионам «Омеги» стало понятно, что проверить теорию Грайса на практике не удастся. В работу программы, на которую рассчитывал Вальтер, вмешалась другая программа, явно местного изготовления и далеко не лицензионная. Поезд вдруг снова начал разгоняться, проскочил мимо платформы и, выйдя после длинного виража на прямую, развил скорость почти вполовину выше допустимой.

Насколько разбирался в подобной технике Грайс, экспрессы могли мчаться со скоростью до шестисот километров в час, но правила запрещали такие эксперименты. Сейчас же происходило именно это – поезд уверенно набирал запрещенные шесть сотен и не собирался притормаживать. Вальтер негромко выругался на родном языке и потянул Люси в середину вагона.

Экспресс ощутимо затрясло. Вибрация была мелкой, но отчетливой. Пол медленно поплыл из-под ног, и, чтобы не упасть, офицерам пришлось вцепиться в подголовники ближайших кресел.

В вагоне начали беспокойно переговариваться пассажиры.

– Шутки в сторону, – пробормотал Вальтер. – База, вы следите? Нужна срочная эвакуация!

– Понял тебя, Вальтер, – ответил Алекс. – Доступ к вам блокирует программа безопасности. Попытаемся обойти. Ждите!

– Алекс, официальные каналы не помогут, надо ломать! – Грайс бросил короткий взгляд на паутинку мелких трещин, поползшую по стеклам окон и панорамной крыши экспресса. – Нам очень не хочется сорваться в «штопор».

Трое суток головной боли, и это в лучшем случае, малоприятная перспектива.

– Спокойно, капитан, – бодро сказал вместо Воротова Джейсон, – я вас не оставлю! В каком вы вагоне?

– Пятый… кажется.

– Суперджейсон спешит на помощь!

Связь прервалась, и почти одновременно под полом вагона что-то громко заскрипело. Вскоре скрип превратился в оглушительный скрежет, затем в отчаянный вой, а под занавес – в пронзительный свист.