Черно-белое знамя Земли

Ближайшая кабина, как и следовало ожидать, находилась всего двумя этажами выше, поэтому прибыла почти мгновенно. Линфань запрыгнул в лифт и торопливо набрал нужные цифры. Семерку и ноль. Почему он вдруг решил ехать вверх, на крышу, а не вниз – снова вопрос к подсознанию или, если угодно, к интуиции.

«Флаер! – осенило Линфаня. – Мой единственный шанс сейчас – это летающая машина! Вот почему я поехал на крышу. Да что же со мной происходит, почему я соображаю медленнее самого себя?! Кошмарный сон какой-то! Или… игра? Нога! А вдруг она не болит, потому, что это все происходит в виртуальности или даже во сне?!»

Обычно, если сомневаешься в реальности происходящего, помогает простой способ – надо сделать что-нибудь невозможное.

Например, пробить рукой стену. Хотя логичнее за эту руку себя просто ущипнуть. Линфань выбрал последнее. Стало больно. Не так чтобы очень, но все-таки. Однако сомнения не исчезли.

Лифт раскрыл створки на парковочном уровне, и Чжен бросился к своему флаеру. Машина стояла в пятом ряду, метрах в ста от лифтовой площадки.

Освещение на стоянке было аховое – четыре фонаря по углам крыши, но его хватало, чтобы безошибочно определить – почти новый (всего-то годовалый) «Хафей» стоит на месте, в полной готовности к полету, и никаких лишних людей поблизости от него нет. Вперед!

Первые пять секунд и сорок метров забега Линфань был почти уверен, что мчится к свободе. На шестой ноги снова перешли в «автономный режим» и почему-то понесли к резервной посадочной площадке, где обычно дежурили такси.

«И это снова верное решение! – пришло в голову Линфаню. – Если один из преследующих меня неизвестных сумел взломать код замка входной двери, другим ничего не стоит влезть в программу моего флаера. Чем может закончиться полет на неисправной машине, нетрудно представить. От банального крушения до хитроумной блокировки управления с перенастройкой автопилота и, как следствие, доставки меня тепленьким прямо в руки убийцам. А такси – попробуй вычисли! Гениальный ход.

Жаль, не я его придумал, а мои ноги! Нет, если это не игра, то я вообще ничего не понимаю в жизни».

Окрепшее подозрение в нереальности происходящего придало Линфаню сил.

«Ведь как еще объяснить, что меня будто бы кто-то ведет? Кто этот засевший в подсознании подсказчик? Игровая программа, больше некому!»

Тревожные сомнения все-таки оставались, и Чжен старался не терять бдительности, но настроение значительно улучшилось.