Джокер

С фронта все флоты отправлялись на орбиту метрополии, где личный состав лечился и отдыхал от недели до месяца, а уж после корабли ложились на курс к верфям, складам и докам.

Империя заботилась о подданных. А иначе какая она Империя?

Атакующий флот «Красный» отдыхал на орбите метрополии давно и рьяно. Матросы и легионеры-десантники выспались, отъелись, нагулялись по злачным местам многочисленных орбитальных станций и планетарных портов, а офицеры посетили все обязательные приемы в Императорском дворце и прочих более-менее знаковых местах.

Перед отправкой на профилактические работы и пополнение всех ресурсов флоту и десантному легиону оставалось только выслушать формальное напутствие Императора. Формальное, но очень впечатляющее.

Это было нечто вроде финального прохода через триумфальную арку, только космического масштаба. Флот выстраивался в парадный ордер, все информационные пространства транслировали звук официальных фанфар – тысячекратно умноженный чуть гнусавый звук походной трубы – и открывали эфирные порталы на главную площадку Империи – в информационную реальность Дворца.

Далее следовала пауза, во время которой на палубах мобильных баз, кораблей, галер и судов выстраивались подразделения легиона и экипажи, на плацах военных объектов метрополии, спутников и космических станций замирали солдаты почетного караула, а на балюстрады Дворца и Главного штаба выходили офицеры и дамы.

Пока шло построение, в общем информационном пространстве велась трансляция из надраенных до блеска, хотя зачастую латаных-перелатаных отсеков мобильной базы чествуемого флота.

Обычно в набор обязательных видов входили панорамные голограммы сопровождающих любой флот астероидов – боевых тренажеров, а также десантных отсеков с готовыми к высадке в любой момент гигантскими крепостными венцами. Также показывались построенные на палубах когорты механических людей из отрядов прорыва, ряды биотехники всевозможного назначения и парящие под потолками отсеков летающие аппараты любых размеров и самой разной боевой мощи.

Как только войска выстраивались на своих плацах, повелитель Империи Доминуса, облаченный в золотой доспех и с бриллиантовой тиарой на голове, выходил из покоев и произносил короткую, но всегда страстную и весьма поэтичную речь. Причем содержательно он никогда не повторялся, что делало ему честь и заодно тешило самолюбие солдат.

Но космический масштаб действу придавали вовсе не блеск императорских доспехов или массовое участие подданных.