Грозовой фронт

Чего лупетки выпучил? Тебе говорю, клоун!

Сухов резко сдал назад и бросился в темный коридор. Только очутившись в том самом углу, где он прятался, пока шел диспут между лидером «СД» и инспектором, лейтенант понял, что попал в ловушку. Из коридора и примыкающих комнат существовал лишь один выход, через пролом. Прямиком в объятия к Чеху и компании.

Павел невольно нащупал в кармане гранату и сделал последний шаг назад. Спиной и левой пяткой лейтенант уперся в перегородившую коридор плиту, но правая нога не наткнулась на препятствие.

Сухов пошарил в темноте рукой и на ощупь определил, что рухнувшее перекрытие не полностью завалило просвет коридора. Плита будто бы перечеркнула коридор наискосок, и между полом, частью левой стены и плитой остался треугольный лаз. Лейтенант, не раздумывая, согнулся в три погибели и на четвереньках полез в найденную нору. Было бы неплохо подсветить и выяснить, чем заканчивается этот лаз. Если тупиком, Сухов мог считать, что нашёл для себя удобный склеп. Но посветить Павел не мог – нечем, а функцию ночного видения вживлённый компьютер не поддерживал, равно как все другие функции. Молчал как партизан. Лейтенант небрежно отбросил с пути нескольких суетливых скарабеев, легонько, скорее для острастки, пристукнул стволом «Шторма» стальную крысу и заработал руками и коленями в полную силу, даже не пытаясь передвигаться без лишнего шума.

– Куда делся?! – послышалось сзади. – Спилберг, ты его видишь?

– Сам ты Спилберг! Не вижу. Вон там, кажется, шуршит.

– Нет, ты понял, какое ловкое мясо? Такие шустрые нам нужны.

– Вот заладил. Сдался он тебе. Брось в дыру гранату и пойдём.

– Нет, Лукас, этот нам точно пригодится, надо его достать. Командир давно такого искал. Для оболочки.

– У него ведь есть кандидаты.

– Дохнут все. Измочаленные, Зоной попорченные. А этот видишь, шустрый, значит, здоровый, – голос Чеха сделался громче, видимо, боец присел и заглянул в лаз. – Эй, парень, выползай из норы, не ссы! Работа есть, за деньги, слышь!

– Влепит сейчас тебе пулю в глаз, – пробурчал Лукас-Спилберг.

– Спокойно, Тарантина, мы с ним договоримся.

Павел так и не уловил, как же на самом деле зовут второго бойца и почему молчат остальные соратники Чеха, но это его и не особенно интересовало. Ему оставалось проползти метров пять, впереди уже брезжил сумеречный свет выхода. Лейтенант поднажал, вывалился из лаза на другой стороне завала и сразу же понял, почему позади не звучали голоса ещё двух бойцов.

– Быстро ползаешь.