Инстинкт гнева

Он, как и Всеволод Семенович, был против решения мастера лететь в одиночку, но по рангу ему не полагалось высказывать мнение более одного раза. Свою попытку он реализовал, когда секретарь заказывал шефу билет.

Едва начальство скрылось за перегородкой зоны «С», провожающие по-военному повернулись кругом и направились к выходу из терминала. По пути до дверей они не проронили ни слова. Обоих одолевали нехорошие предчувствия.

– Такое ощущение, что за нами следят, – когда они миновали стеклянные двери, процедил Всеволод Семенович.

 – И это вовсе не конторские филеры.

– В Конторе целый отдел создали нас раскручивать.

– Удачи им, – бригадир рассмеялся. – Не закружились бы головы от «раскрутки». Но это точно не чекисты.

– Я бы знал.

– Вот именно, – бригадир кивнул. – Это не они, это кто-то реально опасный.

– Мне кошки снились, – буркнул Джонатан. – Плохой сон. К врагам. Всегда сбывается.

– Необязательно враги в здании, – Всеволод Семенович украдкой оглянулся.

 – Или ты что-то заметил?

– Нет, не заметил, но с вами согласен, они близко. – Телохранитель нашарил в кармане брелок сигнализации. – Чую. И еще кто-то есть. Кто-то из сна.

Они подошли к машине и привычно осмотрелись. Джонатан на секунду присел и заглянул под машину. Вроде бы все нормально. Никаких мин под новеньким «Тахо» не обнаружилось.

– Не совсем тебя понимаю, – усевшись на место переднего пассажира, сказал Всеволод Семенович.

 – Ты задумался о карьере Смотрителя?

– Нет. – Джонатан запустил двигатель, но передачу включил не сразу. – Но своим снам я верю. Что-то будет. Плохое. Например, война. Мастер прав. Мирович и Престон – только начало. Или вы думаете, Хамелеон успокоится?

Всеволод Семенович ничего не ответил. Если мастер прав и старейший враг Цеха снова вышел на тропу войны, он не успокоится, даже если захочет. Убивать для него – инстинкт. Противиться ему враг не в силах.

Равно как обычные люди не могут перестать есть, дышать и размножаться. Так уж распорядилась природа…»

…Картинка резко сменилась, и очнувшийся Смотритель вздрогнул. Перед ним был все тот же аэропорт, но теперь он видел его вживую, а не через призму всплывшего из глубин памяти сна.

На какое-то время провидцу стало страшновато. А что, если мастер полетит тем же рейсом? Но нет, нет, это был не тот самолет.