Импорт правосудия

Не надо взывать к моей гражданской сознательности… Я же не отказываюсь… Сидор, прекрати на меня давить! Или я работаю в твоей группе наравне со всеми, или не берусь за дело вовсе! Да, я на телефоне… Звони…

– Некто Сидоров, обладатель редчайшей в стране фамилии и по совместительству начальник «трупного» отдела уголовного розыска? – поинтересовался Красавчик, когда Эрик положил телефонную трубку. – Неужели приключилось что-то настолько запутанное, что суперсыщики решили прибегнуть к услугам давно забытых сотрудников?

– Ты же слышал, – Эрик развел руками и повернулся на вращающемся кресле к окну.

 – Ничего конкретного по телефону он не говорит, однако взволнован глубоко и без преувеличения. На моей памяти Сидоров волновался только однажды. Когда его прострелили в трех местах, а доктор заявил, что одна из пуль попала в околосердечную сумку. Он тогда твердил как заклинание слово «тампонада», пока не отключился… В тот раз, как ты понимаешь, дело обошлось, и ему стало по-прежнему на все плевать. Как любому камню или бревну.

– Он, должно быть, весьма приятен в общении? – иронично спросил Красавчик.

– Да в общем-то нормальный мужик, даже шутит иногда. Бывает смешно, – Эрик улыбнулся. – Тем более что психолог – от природы. Знает кого и чем подцепить – почти интуитивно. Вот сейчас будет мариновать меня до тех пор, пока я сам не позвоню и не соглашусь на все его условия.

– Не-ет, так не пойдет, – протянул Красавчик, – ты же серьезный специалист. Тебя он должен добиваться, как приза.

Заслужить и выстрадать. А иначе – какая от тебя польза?

– Ты прав, конечно, но слишком уж необычная ситуация складывается…

– Тем более, – снова возразил Красавчик. – Вот увидишь, он позвонит в течение часа да еще гонорар предложит. Я тоже не чужд психологии как науки, ты же знаешь.

– Увидим, – Эрик в сомнении покачал головой.

Почти в ту же секунду зазвонил телефон, и сыщики переглянулись. Красавчик важно надулся и, не вставая с кресла, отвесил театральный поклон.

Эрик недоверчиво выгнул одну бровь и поднял трубку.

– Последний раз спрашиваю, – раздался в трубке голос Сидорова, – включаешься или нет?

– Полная информация, право решающего голоса и двадцать тысяч по окончании дела, – решительно ответил Эрик и замолчал, прислушиваясь к возникшей на другом конце провода тишине.

– Скажи, что с тобой будет мальчик… – громким шепотом подсказал Красавчик, перегибаясь через письменный стол.