Навигаторы

Один врезал ногой Водолею под колени, а другой заломил ему руки за спину, защелкнул на запястьях наручники и поддернул скованные руки Водолея кверху. Получилось, что Володя будто бы висит на дыбе.

Из приемной послышались горькие всхлипывания и подвывания Риты, а также стоны вперемежку с ругательствами в исполнении Григория.

От бессилия, непонимания и возмущения Водолей невольно зарычал.

Интересно, что такая реакция произвела на майора определенное впечатление. Он неожиданно присел напротив Водолея, взял его за подбородок и посмотрел ему в глаза.

Не говоря ни слова, но с явным интересом.

– Ур-роды, – прохрипел Водолей. – Садисты!

– Парус, отпусти, – приказал Гуськов.

Скованные руки высвободились из захвата импровизированной дыбы и упали на поясницу. Не будь на запястьях наручников – ничего страшного, но «браслеты» больно ударили в спину, и Водолей невольно вскрикнул.

– Не-ет, – Гуськов отпустил подбородок пленника и усмехнулся. – Слишком нежный. – Майор встал и коротко кивнул помощникам: – Выводите.

Два чекиста схватили Водолея за плечи, поставили на ноги и потащили к двери. Володя не сопротивлялся и потому сам удивился, когда вдруг споткнулся на ровном месте. Обо что, спрашивается, тут можно было запнуться? Запутался в собственных ватных от страха ногах?

Сотрудники ФСБ не удержали падающего пленника, и Водолей шлепнулся ничком, едва не расквасив нос о ламинат. Руки-то выставить он не мог. Володя больно ударился о пол животом, но с носом все обошлось.

И вообще все обошлось без крови и серьезных ушибов. Только дыхание сбилось, и встряска на миг переключила внимание Водолея с внешних проблем на сугубо внутренние…

…А когда Володя вернулся в реальность, выяснилось, что внешние проблемы куда-то подевались. Во всех смыслах. Вокруг царила тишина, никто не топал, не бубнил и не шуршал одеждой. До Водолея доносился только отдаленный, приглушенный дверью гул голосов и близкое тиканье настенных часов. Володя приподнял голову и, как сумел, осмотрелся.

В кабинете он был один. И дверь была закрыта.

Водолей повозился немного, перевалился на бок, а затем сел на колени. Просто чудеса какие-то! Он, несомненно, находился в своем кабинете, но в нем не было никого постороннего. И дверь была закрыта. И гостевое кресло, минуту назад опрокинутое падающим Гришей, стояло на месте.

Водолей обернулся. И на столе все было как прежде. Впрочем, нет, чего-то не хватало.