Других версий не будет

Дали адрес, мы и поехали… Три часа его у ворот ждали, а он все не ехал. Мы вернулись и вот с вами встретились.

Олег поежился. Ребята засветились везде, где только можно. Будь Олег адвокатом, он не взялся бы защищать эту парочку…

– Значит так… Звони, Светлана, матери. Пусть срочно приходит сюда. Если охрана у офиса Самсонова запомнила хоть часть номера твоей машины, Гоша, то милиция уже у тебя дома…

– Не милиция, – перебил Олега Егор. – Не милиция! Самсонов, он Управделами «Макойла». Его ФСБ искать будет.

– Тем более! Звони, Лана! Будем думать, как выпутываться.

…Любовь Саблина вошла в гараж через пять минут после звонка дочери.

Она была всего на пять-семь лет старше Олега. Ей чуть перевалило за сорок…

Олег Крылов никогда не оценивал женщин по внешности. Он не понимал людей, которым нравился определенный тип: длинноногие брюнетки или пухлые блондинки. Губки, носик, бедра, грудь, наконец, – это же все внешние приметы из протокола. Красота не в этом. Она в глазах. И не в их цвете или размере, а в том, что они отражают…

Мать Ланы была красавицей: в ее глазах был и ум, и доброта, и какая-то глубинная печаль.

Саблина «врубилась» очень быстро. Могло даже показаться, что она была готова к такому повороту событий:

– Не все так страшно, Олег. Если основная улика эти угрожающие письма, то я знаю, кто их написал. Точно знаю и могу доказать… В памяти компьютера остался текст… Возможно на бумаге есть отпечатки пальцев. Можно сверить конверты. Их целая пачка в столе.

– В каком столе, Любовь Сергеевна? Кто написал и отправил письма?

– Я написала… И я отправила.

Глава 2

– Ни к бомбе, ни к похищению Самсонова я отношения не имею. Но письма, – повторила Люба Саблина, – письма направила я. У меня были на это причины… Олег, пусть дети погуляют снаружи. Если вы обещаете хранить тайну, я скажу вам то, что никогда не буду говорить при них.

Пока Егор и лана недовольно выползали из гаража, любовь Сергеевна пыталась сосредоточиться… Частный детектив – это то, что в настоящее время нужно.

Она, конечно, не расскажет ему все. Невозможно передать ощущение счастья, которое предшествовало тому страшному вечеру, сломавшему ее жизнь. Она выложит Олегу только сухие факты, но он должен ее понять. У этого парня очень добрые глаза.

Заметив, что Олег вынул диктофон, Саблина согласно кивнула:

– Да, конечно. Стоит все записать. Будет много фактов, фамилий, дат… Все началось пятого ноября восьмидесятого года.