Пятая Космическая

С другой стороны, кто знает, что это была за искра, может, эта Яна по жизни такая «искренняя», со всеми, а не только со случайно подвернувшимся офицером-десантником.

«Интерес, – Павел вздохнул. – Грязный, наспех побрившийся, пропахший кровью, потом и гарью неотесанный солдафон. Какой уж тут интерес? Хотя, у женщин своя логика. Особенно у хорошо образованных. Их частенько под таких гиббонов заносит – диву даешься... Черт, время!»

Преображенский мельком взглянул на табло. На нем как раз зажглась надпись «очистить красную зону, переход личного состава!»

– А вы ей понравились, подполковник.

Преображенский обернулся, вытянулся и отдал честь.

– Подполковник Преображенский, Пятая космодесантная бригада.

– Да, да, я знаю.

Перед Павлом стоял полковник в униформе ВВС. Поскольку на космической базе никакой атмосферной авиации быть не могло, откуда прибыл и какое ведомство на самом деле представляет этот полковник, угадать было несложно.

Для большой шишки из Генштаба он выглядел неубедительно. Невысокий, пухлый азиат с дежурной, будто приклеенной улыбкой. Униформа новая, даже не подогнанная и толком не отутюженная. Ботинки начищены старательно, но не до блеска. Ни ремня с кобурой, ни кортика полковник к униформе не добавил, хотя в военное время хоть какое-то оружие полагалось носить всем без исключения. Причем, обязательно на виду. Получалось, что инспектор из Генштаба и сам небезупречен.

– Полковник Ли, Генеральный штаб, – представился инспектор.

Преображенский взял у проверяющего багаж – потертый кожаный кейс и указал на выход из сектора.

– Наш челнок пришвартован в другой зоне. Прошу следовать за мной, господин полковник.

– Не спешите, Павел Петрович. – Ли придержал Павла. – У меня есть одно конфиденциальное дело на базе.

– В двадцать ноль-ноль.

– Ага, в восемь, – инспектор задумался, будто что-то высчитывая в уме. – Сейчас почти четыре... Отлично. Встретимся у причала в половине восьмого. Идет?

Судя по цивильным выражениям, этот полковник определенно был из числа мобилизованных. Вот уж проверяющий! Что он сможет увидеть и понять, если не знает половины военных слов. «Полвосьмого, – Преображенский хмыкнул. – Ну, да нам же проще.