Время Зверя

– Я не нахожу разумных объяснений действиям учителя, а потому крайне расстроен, – признался младший ученик. – Если он понял, что замыслы людей опасны, почему не попытался их переубедить? Мне страшно об этом думать, но первое, что приходит в голову, – старец имел злой умысел уже давно и потому не мешал землянам подойти к крайней черте. Все это слишком тяжело для меня. Я верил своему учителю почти как Творцу, а он вдруг оказался таким жестоким...

– Ты поступаешь верно, юноша, – успокаивая ученика, отступник похлопал его по руке.

 – Уничтожение жизни не является методом воспитания, это действительно прямое зло, и его следует предотвратить. Старец намерен разбудить Зверя?

– Да, он уже ходил к колыбели, видимо, проверял – не сделал ли это кто-нибудь вместо него, – подтвердил Пятьсот второй. – Однако более ужасным мне кажется другое. Иил намерен начать вторжение на планету, и я думаю, что он пойдет на этот страшный шаг независимо от того, справится ли со своей задачей Зверь.

– Но в приведенных тобой словах его беседы со стражами вторжение и разрыв упоминаются, как два отдельных варианта развития событий, – насторожившись, возразил собеседник.

– Возможно, учитель и стражи опасались слежки, – предположил Пятьсот второй. – Поверьте мне, я хорошо изучил методы старца. Сам факт его встречи со стражами красноречиво свидетельствует о том, что замысел более масштабен, нежели простой разрыв спирали. Таким приемом можно было уничтожить динозавров, угрожавших экологическому равновесию планеты, или подавить племя гарамантов, опасное из-за своих дотошных магических исследований Вселенной, но против мощнейшего научного потенциала современного человечества Иилу следует либо применить все доступные способы воздействия, либо вовсе отказаться от подобной мысли.

Учитель твердо решил довести дело до конца и потому пришел к стражам. Они знают, как сдерживать Зверя, а следовательно – и как освободить его разум от всех оков, к тому же – стражи лучшие воины. Как в случае разрыва, так и во время вторжения, они должны быть рядом с Иилом, иначе времяне могут поставить решения старца под сомнение. Люди называют подобные фокусы политикой.

– В таком случае старец должен быть благодарен землянам за науку, – кивнув, заметил отступник. – Стражи, как я понял, не посмели отказаться, хотя, и не дали прямого положительного ответа?

– Верно, – согласился ученик. – Но они обязательно вступят в игру. Рано или поздно.

– Лучше бы – поздно, – медленно проговорил собеседник.