Война за возрождение

Человек, невидимый для Бездны, лучший боец своего поколения, в руках у которого находится оружие возмездия. Такой акцент может делаться храмовниками, только если Воин действительно существует и представляет для Бездны реальную опасность. Она, таким образом, побуждает своих невольных подручных искать этого субъекта. Наверняка, когда они его найдут, в игру, на удивление обманутым Храмовникам, вступят одержимые и постараются Воина устранить…

– Воином может быть кто угодно, – покачал головой Эрик.

 – Почему ты решил, что это Красавчик?

– Потому, что в последних сообщениях их местный координатор доложил о поимке и изгнании Воином Властителя Северных территорий. Северные территории – это здесь. И потом, Храмовники обратились именно к нему, а значит, имели для этого основания…

– Очень интересно. – Сыщик задумался. – Но, кроме Красавчика, в операции участвовал я, мой стажер, брат Евгений, наконец. Ты рассматривал наши кандидатуры?

– Кроме монаха, никто не подходит, – покачал головой Паша.

 – Вы с Кузьменко были в контакте с Бездной, значит, она вас видит. Что касается брата Евгения, то, став после смерти Томаса фактическим главой своего Ордена, он не мог возглавить принципиально отличное по духу движение. Черные Монахи набирают в свое Братство только фанатиков, для которых предательство немыслимо.

– Я бы не стал утверждать это так категорично, – возразил Эрик. – Их архивариус был двойным агентом и благополучно работал как на Братство, так и на Бездну.

– Историк не принадлежал Братству. Он был лишь посвящен в некоторые дела ровно настолько, чтобы дать их борьбе хотя бы видимость объективной оценки. От него требовалось что-то вроде мнения независимого эксперта или журналиста. Видимо, с Бездной он договорился о том же. Его нельзя за это осуждать. Такого подхода требовала его научная методика.

– Ладно, о теологе мы поговорим позже, – согласился Эрик. – Однако сбрасывать со счетов Евгения нам не следует.

– У него есть доступ к твоему компьютеру? – спросил Павел, и сыщик не нашел что ответить.

Все складывалось именно так, как говорил Старшина, и найти аргументы в защиту Красавчика с каждой минутой становилось все труднее. Не сказать, что Паша убедил Эрика окончательно, однако спорить с ним сыщику расхотелось. По крайней мере, до тех пор, пока не появятся новые улики.

– У тебя есть план? – спросил он у Павла.

– Да, – ответил федерал.