Взгляд сквозь солнце

Потом гадалка вдруг сдалась и, выпустив руку Василия, сделала пару шагов назад.

– Помни, что я сказала, золотой! Берегись этой старухи, дурной глаз у нее! Неживой! Ай, берегись!

Выдав последнюю реплику, цыганка проворно подобрала многочисленные юбки и, ловко перепрыгнув через лужу, засеменила прочь.

– Девять жизней у тебя, юноша, – проводив гадалку взглядом, сказала женщина. – Сбросишь одну, другая на подходе… Разве можно их за день растерять? Не бери в голову…

– Вы тоже гаданием зарабатываете? – с усмешкой спросил Василий.

– Деньги, деньги… – Женщина вздохнула. – И что же вы на них все помешались? Разве, кроме этих бумажек, ничего достойного в мире не осталось?

– Извините, – пробормотал Сюртуков, не зная, как найти предлог для того, чтобы продолжить путь.

– Ничего, не извиняйся, – женщина махнула рукой, и ее бледное лицо покрылось сетью морщинок от внезапно пробежавшей по ярко накрашенным губам улыбки. – Вежливый… Люблю, когда молодежь вежливая.

– А девять жизней – это в каком смысле? – передумав уходить, спросил Василий.

 – Как у кошки?

– Нет. – Женщина подняла на парня глубоко посаженные глаза и снова улыбнулась. – Кошки просто живучи, а ты на самом деле девять раз смерти избежать сможешь. Так что не верь цыганке, она за плату старалась…

– А вы? – спросил Сюртуков. – Вы почему вмешались?

– От доброты душевной, – просто ответила женщина. – Ну, иди, родной, ступай…

Василий пожал плечами и двинулся дальше. Неожиданная двойная встреча его почти не взволновала.

Гаданием и оккультными науками он никогда не интересовался.

«Девять, значит, девять, – подумал Сюртуков. – Сейчас, видимо, первая? Восемь в запасе. Нормально. Или одну я оставил во сне, когда погиб на той окраине села? С ума сойти можно с этой мистикой. Хотя и семь жизней в запасе – тоже очень неплохо».

Глубоко вдохнув прохладный воздух, он прищурился и взглянул на яркое весеннее солнце. Погода вполне располагала к жизнелюбию. Тем более, как выяснилось, такому многоразовому. Решив обойти образовавшуюся впервые после зимы лужу, Василий свернул к асфальтовой дорожке, бегущей вокруг высотного дома.

Совершенно не задумываясь над тем, что делает, он перешагнул через натянутую чуть выше щиколоток веревку с красными флажками. Обойдя пару глыб плотного снега со льдом, Сюртуков направился к арке, ведущей во дворик длинного дома. Там, во дворе, стояла его машина.

– Куда?! – неожиданно рявкнул какой-то небритый мужик в оранжевом жилете поверх телогрейки.