Взгляд сквозь солнце

 – Я пока не вижу связи между этими историями, но вот что я чувствую печенкой – она есть.

– Тогда давай проанализируем детали, – предложил Красавчик. – Чтобы начать расследование, нам придется выделить нечто общее в изложенных историях, кроме авторства.

– Совершенно верно, – согласился я. – Автора искать уже не надо, но стоит спросить, готов ли он нам помочь?

– Готов, – не задумываясь ответил Василий. – Я не могу так жить. То воюя вместо кого-то другого в горячей точке, то почти умирая трижды за пять минут… Если ничего не предпринять, скоро я начну еще и перевоплощаться в каких-нибудь животных или летать по ночам…

– А также пить кровь и шарахаться от запаха чеснока… – продолжил Красавчик.

– Злые шуточки у вас, гражданин сыщик, – неприязненно морщась, заметил Сюртуков.

– Не обращайте внимания, – отвлек я Василия. – Неизвестный приятель направил вас по верному адресу. Мы, конечно же, не рассчитывали на столь быстрое развитие событий, но готовы помочь вам всеми силами.

Для начала пригласите нас на чашку чая к себе домой, а потом мы проедем на место по-следних событий…

– Осмотр места происшествия? – Василий уважительно кивнул. – Понимаю.

С каждой секундой я все больше убеждался, что Красавчик совершенно точно угадал, что за фрукт этот Сюртуков. Никакой искры особо высокого интеллекта в глазах потерпевшего не светилось. Это означало, что расследование придется вести, задавая Сюртукову максимально конкретные вопросы и стараясь не реагировать на его замечания и советы.

За себя я не волновался, но вот Красавчик вполне мог послать Василия куда подальше в любой момент. Возможно, я придирался – Сюртуков был мне тоже почему-то неприятен, – но, с другой стороны, раньше личные симпатии никак не влияли на мои взаимоотношения с клиентами. В этот раз все выглядело как-то странно с самого начала. В Сюртукове не было ничего особенного. Обычный молодой мужчина. Может быть, несколько обрюзгший для своего возраста или какой-то запущенный и неопрятный, но это вряд ли могло вызвать во мне такую сильную реакцию. Нет, дело было в чем-то другом…

3

Какая-то неустроенность и уныние проступали в каждой детали старого, заброшенного дома. Его и домом-то можно было назвать с большим трудом. Так, жалкая лачуга на самом краю деревни. От изгороди, когда-то оберегавшей усадьбу, остался лишь один пролет.