Жесть

– Я тебе красиво все изложил, согласись, – Виктор Андреевич понизил голос и начал говорить монотонно, будто бы опасаясь, что слишком сильные модуляции помешают ему доходчиво изложить мысли.

Теперь он вел себя более естественно, чем прежде. Не изображал поднявшегося на криминальных делах барыгу, а был собой: холодным, расчетливым и неглупым негодяем. Паханом. Вором в законе.

Лису от такого перевоплощения собеседника стало и вовсе не по себе. Только теперь он понял, во что на самом деле ввязывается. Но отступать было поздно.

– Согласен, – голос Лиса предательски дрогнул.

– Ну вот, теперь слушай, что в этом деле некрасиво получается. Про геологоразведчиков Ордена и Ковчега все чистая правда. Ковыряются, добывают породу, но без толку. Вояки вообще на нуле. Не конкуренты, короче, пока. Но это ведь пока. Я шефу так и сказал по наивности своей. Время, говорю, уходит. Хантер с Хистером сейчас на мели, людей мало, с деньгами проблемы, но государевы-то людишки стабильно финансируются. Отстанем, замаемся догонять.

Чего ждем, говорю? Шахтеров нет, но геологоразведчики у нас есть, чего же они волынят? Пусть работают, мы им деньги за это платим. Нельзя тупо прорыть шахту, давайте искать удобные точки доступа. Где скоргов поменьше, руда поближе. Ну, ты понимаешь.

– Но конкуренты этим и занимаются…

– Ага, а толку ноль, я помню, что говорил. Да только шеф не отреагировал, понимаешь?

– Не понимаю.

– Вот и я не понял, французик, – Виктор Андреевич добавил к своей пламенной, почти уже страстной речи характерную для определенных кругов жестикуляцию.

 – Вообще не понял. Век воли не видать, как на духу тебе признаюсь. Какая-то муть поперла, улавливаешь? Ну, думаю, шеф, похоже, за лохов нас держит! Не верю, конечно, сам себе, ошибочка вышла, думаю. Разбежались. Я, типа, по делам метнулся в Старую Зону, там людей подтянул, поспрашивал, что да как? А мне, прикинь, «все нормально», отвечают, «видели, слышали, знаем…»

– Я, кажется, теряю нить, – признался Черный Лис. – О чем слышали, что знают? Кто?

– Люди, французик, люди! – Виктор Андреевич перешел на громкий шепот, но при этом он иногда этак «доверительно» возвращался на негромкий чуть гнусавый баритон.

Артист, да и только. – Они все видят, слышат, знают, их не проведешь! После того, как мы дважды прокололись, я-то думал, амба, закрыли тему. А оно вон как обернулось. Вернулись в Зону шахтеры, да. Только не те, которых лично я нанимал. Или хотя бы которых видел, о которых знаю.