Сказочники

В это время остальные чуть расступились, и я увидел забившегося в угол между заборов и сжавшегося в упругий комок щенка, с крупной лобастой головой и золотистого цвета шерстью. Он смотрел на людей обречённо-непонимающими глазами, готовясь вступить в свой последний бой. После открывшейся картины внутри меня что-то дрогнуло.

– Оставьте собаку в покое, – повторил Рэм слова друга каким-то самому себе незнакомым голосом. Ребята обернулись и неуверенно запереглядывались. Он видел, что им самим не по душе всё происходящее, но их лидера смутить было непросто.

– Еще один защитничек выискался и тоже, видать, из циркачей. Как они только находят друг друга, эти клоуны? – досадливо проворчал он. – Так, хватит с меня. Калеб, Родни, – держите этого, – он кивком указал на Рико, – а вы, двое, второго.

Не успел Рэм возмутиться, как его с двух сторон сжали четыре руки. Хорошо так сжали, не вывернуться. Да и силой парни не обделены. Судя по загоревшим, обветренным физиономиям, были они выходцами с окрестных ферм и тяжелого труда не чурались.

– Смотрите, малохольные, сейчас мы его вежливости учить будем. Может, даже выживет, – глумливо заявил Тони и вновь поднял свою палку, занося её для удара.

Перестав вырываться, Рэм заворожённо следил за тем, как она медленно идёт вверх. Когда палка застыла в наивысшей точке, он вновь увидел глаза щенка с плескавшейся в них безысходностью. Мысли заметались в поисках выхода. Что делать? Вырваться не получится, ногой до Тони тоже не дотянуться.

Палка у него крепкая, и если он ударит ей щенка хотя бы раз, то второго может уже не потребоваться. Палка? Хорошая? А если бы она оказалась не такой уж и хорошей? Если бы, хотя с виду и не скажешь, её основательно погрыз внутри жук-древоточец, особенно вон там, посередине. Перед глазами промелькнуло воспоминание, как отец в один из своих нечастых отпусков на берег менял оконную раму, в которой постоянно дребезжали стекла. Когда он вынул их, чтобы переставить в новую, я увидел глубокие бороздки, пропахавшие древесное тело, словно мягкий сыр, и представил, какими крепкими должны быть челюсти, сделавшие это.

Рэм отчаянно захотел поверить в то, что внутри палка Тони вся пропахана такими же бороздками. Когда же тот резко махнул занесённой для удара рукой вниз, то он даже не сильно удивился раздавшемуся треску и глухому звуку упавшего на землю куска дерева.