Хан с лицом странника

Желваки заходили на лице у Кучума, и он уже повел глазами в сторону охраны, чтобы скрутили наглых послов и бросили в яму. Они преступили все законы, проявив неуважение к хозяину этой земли! Они достойны смерти!

Неожиданно из-за спины послов вынырнул Карача-бек и протянул к ним невесть откуда взявшийся серебряный с позолотой круглый поднос.

«Под халатом, что ли, он его прятал?» – изумился Кучум.

Грамота легла на поднос и торжественно поплыла, несомая визирем к хану.

– Прими, достопочтенный хан, – Карача-бек опять согнулся до земли, протягивая поднос с грамотой.

Кучум легко подхватил тяжелый свиток, сломал печать и передал визирю.

– Читай всем, – сухо проговорил хан, почувствовав испарину на голове и предательски вспотевшие ладони. – «Едва не рухнули все надежды на мир и дружбу с Бухарой. Еще чуть, и случилось бы непоправимое. А каков визирь? Откуда научился всему? Он словно рожден для встреч и приемов. Нашелся». – С благодарностью подумал Кучум.

Ему вспомнились собственные слова: «Словно всю жизнь послов принимал». Так и есть. Равного ему просто нет и будут ли еще.

А Карача-бек громким голосом, легко выбрасывая из себя слова, читал грамоту, обращаясь в первую очередь к Кучуму и всем собравшимся на ханском холме.

Кроме слов дружбы, заботы о его ханском здоровье и приглашения посетить Бухару, ничего важного в послании не содержалось. Наконец чтение закончилось, и визирь все с тем же низким поклоном передал грамоту Кучуму.

Он небрежно коснулся ее левой рукой и указал на свой шатер. Подскочил юзбаши Чегулай и, с поклоном приняв поднос с грамотой из рук визиря, понес в шатер. Но церемония еще не была закончена, хотя Кучуму хотелось как можно скорее остаться одному.

Вперед вышел второй посланец бухарского хана. Низкого роста, почти старик, с бородой, касающейся груди.

– Почтенный Темир-ходжа передает дары от нашего хана, – сообщил посол, вручавший грамоту, хлопнул в ладоши, и из-за его спины возник маленький, ростом с ребенка, человечек в халате, волочившемся по земле, неся огромный кувшин.

Коротышка, сделав два шага, опустил кувшин на землю. Медный кувшин, судя по всему, был довольно тяжел, его ручка и бока сверкали вправленными в металл большими зелеными каменьями. Человечек поставил кувшин возле ног хана и, низко поклонившись, уселся рядом на земле.

Кучум с удивлением поднял бровь, ожидая объяснений.