Путь диких гусей

Наконец тот не выдержал и, круто повернувшись на высоких каблуках, пошел к своему коню, а следом за ним соскочили и его родичи, соседи, остальные прихлебатели.

Но на другой день Соуз-хан прислал гонца с известием, что согласен принять на любых условиях участие в поединке и просил сообщить день сбора. Старейшины назначили испытание на шестой день…

На состязание собрались все люди с соседних улусов, как на большой туй-праздник[10 - Праздник по случаю свадьбы или – позже – обрезания у тюркских народов.

]. Все оделись в лучшие халаты, яловые сапоги, круглые лисьи шапки. Молодые разъезжали по поляне верхом на скакунах, намеренно горяча их, показывая собственную удаль, гонялись один за другим вдоль обрыва.

Соуз-хан прискакал на белом жеребце с уздечкой, оправленной серебряными бляхами, под красным высоким седлом, расписанном восточными мастерами.

– Ого! – косились на него любопытные улусники. – Почитай, седло у него побогаче будет, чем сам конь.

Видать, много отдал…

– А ты посмотри, какой на нем парчовый халат – золотыми нитками шитый!..

– А шапка кунья с красным камнем посередине!..

– Не иначе, на свадьбу собрался…

– Точно, на медведице и женим его сегодня!..

– Мало ему своих жен, так он молодую, горячую возьмет!..

– Сейчас она его разгорячит, только пятки засверкают!..

Шутки тут же смолкли, как только к собравшимся подошел верховный шаман, а следом за ним два мальчика несли большой бубен.

Народ зашептался, что это уже последний бубен шамана, а стало быть, скоро ему и в заоблачные выси отправляться.

Шаман из-под тяжелых набрякших век взглянул на собравшихся, перевел взгляд на Едигира, и у того кровь застыла в жилах. Казалось, что взгляд шамана направлен сквозь него на дальний берег.

– Готов ли ты выйти на поединок? – долетел до него вопрос.

Едигир молча опустил голову вниз. Так же поступил и его противник. Шаман надолго замолчал, смотря все так же сквозь них в неведомую даль, глаза его ничего не выражали: ни радости, ни печали.

Глубокая скорбь и тоска застыли в них. У Едигира начали затекать ноги, когда старший шаман поднял обе руки и произнес:

– Пусть боги выберут сильнейшего, нашему народу предстоят тяжелые времена. Отправляйтесь…

Сперва ехали верхом до дальнего урочища, где начиналось полусухое болото, с полуденной стороны от которого шли густые заросли малинника.