Не сердите толстяка

Понятное дело, когда в детстве батя гонял меня как «сидорову козу», я занимался так, что вспомнить страшно. Но так ведь то батя. Вот он где? Правильно. Дома, вместе с мамкой и младшим братом, а я с тринадцати лет у бабули. Почему так вышло, расскажу потом, пока же о наболевшем. О пузе.

Найти что-то по душе было сложно. В своё время пробовал заниматься карате, хватило меня на неделю. Вот не впечатлило меня это японское изобретение, то ли дело наше, родное.

Батя, помнится, ещё при Союзе служил, да не где-нибудь, а в спецназе инструктором.

Вот такой забавный казус. Срочник – инструктор по рукопашному бою. А уж как его уговаривали остаться… Но, как говорится, не его это, да и жена дома ждала с дитём, со мной то есть. Так что было мне отчего разочароваться в этом виде рукомашества.

И тут я понял, что надо идти на рукопашный бой, но и там не срослось. Выгнали меня – избил тренера. А нечего было меня толстозадым обзывать! Тоже мне мастер спорта нашёлся… Не надо меня злить!

Вот скажите, вы в школе прикалывались над толстыми детьми? Обидные клички придумывали? Толстый, жирный поезд пассажирный.

А то, что хорошего человека должно быть много, забывали?!

Тут ведь как… Главное, чтоб люди прониклись и осознали. Сядешь на такого сверху, и он уже согласен, что ты не просто хороший, а замечательный. Я ведь не только драться умею, но ещё и силушкой не обижен. Бабуля говорит, что это наследственное. У нас в роду все мужики здоровые и сильные… от природы.

Я вот, помнится, зашёл в первый раз в «качалку» и попросил тренера показать: где, что.

Окинув взглядом моё пузо и широченные плечи, подводит к станку для жима лёжа:

– Так, здесь семьдесят пять кило. Попробуешь?

Ложусь на лавку и без малейшего усилия отжимаю штангу от груди.

– Ого! Не ожидал, – парень чешет в затылке. – Ты же говорил, что не занимался?

– А я и не занимался. Из деревни я…

Хм… не знаю, много это или мало, но вот жим лёжа я делал из расчёта: четыре подхода по сто килограмм, ну и раз пятнадцать вверх-вниз.

Но сами понимаете, что в четырнадцать лет я ходил в школу, поэтому вскоре уехал на каникулы. Ага. Все дети на каникулы ездят в деревню к бабушке, а я к родителям.

Вот и получается, что если бегать, то я последний. Помните, сколько во мне веса? Зато дать нахалу в морду – запросто, хоть и не люблю это дело, так как по натуре человек добрый. Добрый-то добрый, но если меня разозлить, то всё, тушите свет. Мало никому не покажется.