Два разума

 – Покачал головой Герг.

Ёл развел руками.

– Будущее покажет.

ГЛАВА V

На губах Герга появилась скептическая усмешка. Он продолжал насмешливо смотреть на Ёла.

– Хорошо, допустим, процесс займет десять тысяч лет, а не миллионы, как полагаем мы. Но, нам-то что от этого? Никто из нас не увидит конца этого процесса. Мы не сможем прожить столько, а через десять тысяч лет наша цивилизация, возможно, просто прекратит свое существование.

– Так ли это? – Ёл продолжал ликовать. – Умрем ли мы? Вы забываете, что в нашей цивилизации наступила новая эра.

– Ты имеешь в виду эти пресловутые пилюли? – спросил Герг.

– Да, именно омолаживающие пилюли. Ведь это не теория, не слухи, это проверенный факт. Мы все можем стать бессмертными.

– Что-то не очень в это верится, – продолжал стоять на своем Герг. – Это тоже всего лишь теория.

– Это факт! Пилюли, в самом деле, омолаживают человеческий организм. Одна такая пилюля омолаживает весь организм на десятилетие. Причем не просто омолаживает внешне, а делает его здоровее.

Лоби-ро, услышав это, нахмурил брови. С видимой неохотой он кивнул головой.

– Да, это и в самом деле так, – признал он. – Я не знаю, каким образом это происходит. Я пытался это понять, изучить, но процесс оказался чрезвычайно сложным, так же, как и состав омолаживающих пилюль. Их назвали «Вечность». Но я не уверен, что название соответствует содержанию. Никто не знает, сколько сможет прожить человек, принимающий эти пилюли. Эти пилюли изобрели пятьдесят лет назад, и сейчас они стали общедоступными.

– Их действие говорит само за себя! – торжествовал Ёл. Он чувствовал себя победителем, словно бы это он сам открыл это средство. – Создатель этого лекарства проверил его на себе. Тогда ему было семьдесят лет. Сейчас ему сто двадцать, но выглядит он максимум тридцатилетним.

– Я знаю об этом, – сказал Герг. – Но сколько сможет продолжаться этот процесс? А что если он остановится или вовсе пойдет вспять?

Ёл указал на механика Вента.

– Посмотрите на него. Вот живой пример омолаживания. Венту уже восемьдесят лет, но кто-нибудь может дать ему больше тридцати, а?

Экипаж невольно принялся разглядывать механика. Тот в смущении опустил взор. Нет, этому человеку никак нельзя было дать восемьдесят лет. Глядя на него, любой мог сказать, что перед ним находится весьма крепкий, здоровый молодой человек.

– Ну? – настаивал Ёл. – Вы сами видите результат. Вот вам ответ на ваши вопросы.