Причалы любви. Книга первая

Конечно, интересовался он ею и раньше, но, может быть, самую малость, дилетантски: как и многие молодые люди, Виктор Щербунько совершенно четко и справедливо разделял мир на лагерь социализма и лагерь империализма, отдавал должное развивающимся странам, следил за негритянским движением и с надеждой выжидал последствий освободительной войны во Вьетнаме. Однако тесть очень скоро намекнул ему на политическую близорукость, так как Виктор Щербунько не знал, что шестой пленум ЦК КПК проходил в конце 1938 года, а массовый антивоенный митинг перед зданием ООН – осенью 1967-го, и весьма смутно представлял географическое расположение города Пешавар.

Иногда из этих щекотливых ситуаций Виктора Щербунько выручала Анна Ивановна, иногда – Любочка. Но тесть, на удивление живой и подвижный человек, был цепок, как репей, и норовил перехватить Виктора в тот момент, когда он приносил воду из колонки или же заканчивал выгребать золу из печки.

Под напором политических ситуаций, домашнего троеборья (вода, дрова, помои), пристального внимания Любочки Дикиной образ далекой Марины стал постепенно стушевываться в воображении Виктора Щербунько.

А там приспели нешуточные изменения в жизни – диплом с отличием, свободный выбор места работы, объяснения по этому поводу с родителями Любочки и с самой Любочкой, переезд, квартира, и некогда дорогой образ стушевался в памяти Виктора Щербунько почти совершенно. Лишь иногда, слушая классическую музыку, Виктор грустил да изредка упрекал себя за то, что так и норовит порой вместо «много» сказать «димно».

Еще два года были отданы аспирантуре в Москве. К этому времени мало кому известный хирург Илизаров не только защитил новый метод наращивания кости, но и получил под свое начало институт. И где?! В Кургане! И Виктор Щербунько предпочел всем соблазнительным предложениям маленький городок с населением в тридцать пять тысяч человек. Профессора Сергеева это решение рассердило окончательно и он более слышать о Щербунько не хотел.

Вернувшись из Москвы, Виктор Щербунько не сразу разглядел те немаловажные превращения, которые случились с его женой. Любочка Дикина еще немного пополнела, похорошела и стала как-то очень уж странно растягивать слова. Нельзя сказать, чтобы это ей не шло, но было несколько удивительно при ее совершенно русском обличье. Решение Виктора Щербунько остаться в городке ее сильно удивило, если не сказать – шокировало.