В мертвом городе

– Для этих выборов я имею все: деньги, связи, поддержку в верхах, наконец, силу, – многозначительно и твердо сказал он, глядя на меня крупными, блестящими глазами. – Но есть у меня одна проблема, которую вполне могут раскрутить конкуренты, – мое прошлое… Первый секретарь обкома комсомола – это свинцовая гиря, которая может меня утопить. Так вот, я предлагаю тебе избавить меня от этого груза… Понимаешь?

Нет, я его не понимал: я был слишком ничтожен для того дела, которое он затевал. Даже убить его конкурентов я не мог, у меня не хватило бы на это силы духа.

– Услуги киллеров здесь ни при чем, – словно бы прочитал мои мысли Слизун. – На место убитых придут новые, еще более опасные соперники… Нет, Сергей Иванович, мы пойдем иным путем, – он усмехнулся и легонько постучал карандашом по дубовой столешнице. – Мне необходимо сменить общественно-политический имидж. Я должен предстать перед избирателями в образе бывшего первого секретаря, но безусловно демократической ориентации. Я беспощадно боролся с партократией, я рисковал своим постом, мне угрожали вплоть до физической расправы или психушки, шантажировали мою семью… Среди коммунистической номенклатуры я всегда был белой вороной… Нужна серия умных, проникновенных статей на радио и телевиденье, в центральных и областных газетах.

Документы, стенографические отчеты с пленумов и партактивов, где я расходился с линией партии, тебе представят. Во всех печатных органах для твоих материалов будет зеленая улица, первый канал телевидения ждет твоего слова – ты только пиши. Причем, далеко необязательно именно тебе подписываться под каждым таким материалом – авторов мы найдем…

Я колебался. Я думал. Я – соображал. Я давно уже все понял, но не мог не учитывать и некоторые деликатные особенности этого поручения… Однако следующая фраза Слизуна окончательно и бесповоротно решила все в его пользу:

– Кстати, я совершенно случайно узнал, что твоим редакционным помещением очень заинтересовался господин Мустафин.

XV

Мустафин – король недвижимости, а заодно – плаща и кинжала в нашем Городе.

Я слишком хорошо знал о методах его работы, чтобы колебаться и дальше. Мустафин, как правило, покупал не саму недвижимость, а долги владельцев этой недвижимости. Он мог, например, купить мой долг за телефонные переговоры, поставить его «на счетчик» и через пару месяцев выставить мне астрономическую сумму. Не имея таких денег, я должен был бы рассчитаться с ним недвижимостью.