Первые боги

Обратный путь из Крака давался с трудом. Отряд не успел достигнуть башни до наступления темноты. Филипп приказал расположиться на ночлег рядом с лесными зарослями. Солдаты до сих пор пребывали в мрачном настроении. Рыцарь пообещал устроить по прибытии кораблей пиршество и раздать жалованье.

Развеять печаль, охватившую сердца воинов, разрушивших Крак, не удалось. Только Хуфтор оставался словоохотлив. За ужином он рассуждал о том, какое горе постигло лошадей, утративших в бою наездников. По его словам лошадиная печаль была так сильна, что распространялась и на людей.

– Для лошади нет ничего страшнее разлуки с хозяином. Сердца человека и скакуна слиты воедино. Когда кто-либо погибает, связующие их нити разрываются, и душевные раны еще долго кровоточат. Если человек еще способен примириться с болью утраты, то лошадь желает одного: последовать за хозяином.

Сын ночи – оборотень, с заходом солнца обратившийся из коня в человека, заливаясь слезами, пал перед Хуфтором на колени:

– Прости меня, хозяин! Ведь это я украл твою кобылу.

Стоило мне тебя увидеть, так и помыслить больше не мог другого наездника. Я отвел твою кобылу туда, где о ней могли позаботиться. Вот увидишь, хозяин, она ждет тебя. Твоя кобыла цела и невредима. Мы вернемся к ней, и ты обретешь потерянное сердце. А меня можешь бросить. Я недостоин твоей любви и заботы.

Хуфтор молча погладил Сына ночи по черной шевелюре и потрепал по плечу.

Ночь Мал провел у костра. Тяжелые предчувствия не давали ему покоя. К утру он ощутил сильный голод и принялся есть мясо большими кусками, почти не пережевывая.

Такой аппетит привел в удивление даже Моркварда:

– Побереги кишки! Ты ешь за пятерых.

– Я голоден.

Помимо кусков говядины, Мал съел гуся и поросенка, сдобрив их овощами и фруктами.

Перед тем как тронуться в путь, Хуфтор предупредил:

– Я оставлю вас у города Айя.

– Я благодарен тебе, – проговорил Мал. – Ты хороший проводник и храбрый воин.

Он хотел что-то добавить, но не нашел нужных слов.

Раздалось лошадиное ржание.

Мал оглянулся. Сын ночи с налитыми кровью глазами метался взад-вперед. Завидев Хуфтора, жеребец во весь опор помчался в сторону Крака. Проводник побежал его догонять. Из зарослей показался неизвестный с коротким копьем в руке. Он метнул его в Филиппа и не промахнулся. Наконечник пробил кольчугу. Лагерь стремительно атаковали вооруженные люди. Конь под рыцарем взвился и понесся вскачь. Французы сомкнули ряды. Противник решительным натиском разорвал строй.