Вакцина памяти

Только это, Ёсипович, – немного фамильярно обратился Ленин к Белкину, – Василий Ёсипович, импровизировать буду.

– Валяй, импровизируй, – махнул рукой Белкин, – в сторону судьи только не дыши.

От Ленина шел запах некрутого, но устойчивого перегара, Белкин и Панько это четко ощущали. Вождь, скорее всего, снимал стресс, порожденный тяжестью исторической ответственности.

Автомобиль прибыл к зданию суда.

– Там царь будет, Коля, давай не переигрывай, все люди взрослые.

– Ёсипович, ну ты даешь, а как же историческая канва, спектакль, эмоции? Я ж за идею, за искусство.

Белкин картинно откашлялся в кулак, давая понять, что все как раз наоборот. Заседание должно было начаться через десять минут.

***

На проходной уже стояли Ольга Чернова и лейтенант Гавриков. Рядом с ними высокий мужчина о чем-то спорил с охраной.

– Что это за полудурок? – спросил себе под нос Белкин, глядя на жесты и поведение мужчины.

– Да успокойся.

– Аванс где? – в тон ему ответил долговязый.

– Ольга, что за проблемы, что за тип? – поинтересовался Белкин.

– Товарищ майор, у нас заседание по Смутному времени. Семен Семеныч из двойников, который Грозного играет, заболел, вот в милиции знакомые нашли, типаж соответствует. Заседание-то не перенести.

– Оль, да это ненормальный какой-то.

– Сойдет, ему надо-то текст по бумажке прочитать. Тем более мы опричнину разбираем, а там Грозный уже кукухой поехал, – капитан Чернова махнула рукой.

– Ну, если так, то и этот полудурок сойдет, – одобрительно закивал Белкин. – Гавриков, ты, если что, не церемонься.

– Так точно, – Гавриков вдохнул побольше воздуха и стал еще шире и атлетичнее.

Ленин, в отличие от Грозного уже привыкший к судебным заседаниям, весьма учтиво поприветствовал охрану, в сопровождении офицеров прошел в знакомый кабинет и занял свое место в зале.

– За суфлеров прокатите, если не справлюсь, – подмигнул Ильич офицерам.

Через пару минут появился царь, потом Керенский, Витте, Корнилов, Дыбенко, какие-то люди в строгих стародавних мундирах. Царь весело помахал Ленину рукой.

– Коля, последнее заседание, и будет тебе импичмент! – по-дружески сказал Ленину царь.

Владимир Иванович Калинин на этом празднике жизни оказался случайно.