Приговоренная замуж

И вот уже в руках у Жорки обшарпанная, дребезжащая гитара, и он с хрипотцой поет:

Я помню тот Ванинский порт

И вид пароходов угрюмый,

Как шли мы по трапу на борт,

В холодные, мрачные трюмы…

Дух захватывало от этой песни, от хрипловатого Жоркиного голоса. Все было так необычно, так ново, так захватывающе интересно. А им с Риткой – по шестнадцати лет.

Мы молча спускались туда,

Обнявшись, как родные братья.

И лишь с языка иногда

Срывались глухие проклятья.

Будь проклята ты, Колыма,

Что названа чудной планетой.

Сойдешь поневоле с ума —

Отсюда возврата нам нету…

Коваль, чернявый, голубоглазый, весь крепенький из себя, подпевал товарищу, отстукивая такт по бетонному полу кирзовым сапогом сорок первого размера. Нелли поймала себя на том, что и она легонько пристукивает ногой....

– Девочки, а почему вы на танцы не ходите?

– Потому что вы нас не приглашаете.

Не говорить же, что их не пускают, что Лидия Захаровна – нянька-мамка-воспитатель – солдатиков иначе как извергами и не зовет.

И что, не дай бог, если прознает она про эту встречу, с первым же теплоходом отправит их в училище, а там еще посмотрят – нужны ли стране такие вот педагоги, распущенные личности… И поди потом доказывай, что от одного изверга ну просто нет никакой возможности оторвать взгляд, а второй, смуглый красавец, ужас-то какой, уже держит Ритку за руку, что-то нашептывая в ее порозовевшее ушко. Боже, а это-то что? Ее, Нелку Земляникину, обнимают за талию? Да она сейчас… Но что это – нет никакой силы пошевелиться, руки-ноги не слушаются, сердце обморочно умирает, губы пересохли, а в глазах пляшут бесенята. Так вот они какие, изверги эти…

– Придете?

– Не знаем…

– А если желаете, пойдем вечером на берег? Костер разведем и будем под гитару петь до утра.

– Жела-аем!

– Будет – закачаешься!

Жорка слова выговаривает протяжно, с нажимом на букву «о» – получается как-то странно, необычно, красиво.

– Вы еще не курите?

– Ну что вы! – в голос, одновременно, возмутились они.

– Хотите попробовать?

А ведь и в самом деле изверги, хотя на вид о них этого никак не скажешь. И шустрые какие, прямо оторопь берет… Пальцы-то его уже где – под самую грудь процарапались. Ух, гад ползучий!

– А ну, убери руку! – опомнилась Нелли. – Чего распускаешь-то?

– Неллочка, успокойся, я же для страховки, – ничуть не смутился Жорка, медленно убирая руку.