Первые боги

– Что я должен сделать, чтобы увидеть вас?

– Закрой глаза и вслух попроси об этом змея.

Мал закрыл глаза.

– Змей, прошу тебя, покажи мне тех, кто находится передо мной.

– Смотри, – прозвучал голос в его голове.

Мал открыл глаза. Мир изменился. Он засиял ярчайшими красками. Под облаками в мерцании блуждающего солнечного света повисли дома неведомого города. Островерхие шпили вздымались в небо, отсвечивая золотистым блеском. Мал стоял рядом с дворцом, поражающим великолепием, а перед ним на малахитовом ложе восседал удав с человеческой головой.

Из его огромного тела росли две руки. Змеиная чешуя красиво переливалась всевозможными цветами, а немигающие глаза излучали печаль и доброту. Его охраняли львы из чистого золота. Их морды были направлены в противоположные стороны света.

– Я знал, что ты – не человек, но ты ведешь себя совсем не как Тот или Анубис.

– Ты должен знать, что существуют боги, рожденные богами и рождённые людьми. У Тота и Анубиса – божественное происхождение, у меня – земное.

– Я хочу узнать про то, как ты был человеком. Расскажи.

– Я не помню жизни в человеческом теле, и человеческое имя стерлось из моей памяти. Когда человек становится богом, он получает право избавиться от памяти о прошлой жизни. Я воспользовался им в городе богов Саисе.

– Ты назвал Саис городом богов? Мне он известен как город-университет.

– В Египте есть города, где боги учат людей своей премудрости. Но не все ученики становятся богами, а лишь избранные.

– Вижу, что в Саисе ты встал на путь змея, я же отказался пойти по нему.

– Ты лукавишь перед самим собой, принц-рыцарь. Ты все-таки встал на путь змеиного бога, иначе откуда бы в твоей душе взялся змей.

– Я не буду спорить с тобой, бог Акер. Если ты умеешь читать души, подобно Анубису или Тоту, то можешь узнать, какую ненависть я питаю к змеиному роду.

– Эта ненависть не мешает тебе владеть змеиной силой, и змей верно служит тебе. Он защищает твою жизнь и наделяет тебя мудростью.

– Все это так, но из-за него я потерял свою любовь, а вместе с ней часть моей души, – возразил Мал.

– Нельзя лишиться того, что уже стало частью тебя самого. Любовь слилась с твоей душой, и ты не можешь ее потерять. Искоренить любовь из души невозможно, и даже боги не вправе решать ее судьбу. Ты не способен чувствовать любовь, но ее сила, порождаемая твоим умом, по-прежнему не имеет границ. Ты утратил то, что должен был утратить.