Апокалипсис наоборот

– Доброе утро, тёть Люд! – провозгласил я, отворяя дверь в обитель пищи и остального ненужного.

– И тебе привет, Сашка! Чего это ты так рано? – спросила она.

– Так ведь голод не тётка. А до вашей красоты ему и того дальше! – ответил я первое пришедшее в голову. Вроде должен был выйти комплимент. Что получилось на самом деле – никто никогда не узнает.

– Тогда милости прошу, голода у меня можешь не бояться, – улыбнулась Люда, сделав вид, что поняла меня.

Завернув за ближайшую стойку, я погрузился в раздумья.

– Ну что ж, Александр, чем мы с вами трапезничать будем? – задумчиво произнёс я.

– Ох, даже не знаю, право слово. Быть может, свиная вырезка с ананасами? Бокал шампанского тоже был бы к месту, – ответил я сам себе.

– Что ж, решено! – закончил я, взяв с прилавка порцию быстрого питания со свининой и банку газировки.

Красиво жить, как говорится, не запретишь. Паясничать тоже. Какой смысл тогда в жизни, если ей не радоваться?

Оплатив свои нехитрые покупки, я хотел немного пообщаться с Людой.

Мне не дали. Я услышал с улицы крайне жалостливый и обеспокоенный лай, больше похожий на галдёж умирающей морской свинки. Не знаю, умеют ли они галдеть и как вообще эти существа общаются. Собачьим лаем эти звуки назвать у меня язык не повернется.

Любопытство помогло жалости подавить голод. Я пулей помчался на улицу разбираться в происходящем. Конечно же, пожитки свои я благоразумно спрятал в рюкзак.

На улице меня ожидала картина, достойная какой-нибудь древнегреческой пьесы.

Одинокое, покинутое всем животное изо всех сил пыталось сбежать с поводка, прикрученного к перилам. Напротив него стояла какая-то дворняга, превосходящая жертву размерами в несколько раз. На пасти животного-душегубца красовались капельки крови, тогда как драматический герой явно хромал. По окрашенной в красное куриной лапке чихуа было нетрудно догадаться, что тут произошла потасовка.

Не знаю, что мной двигало. Может, душевный порыв, а может банальная скука. Альтруистом я никогда не был.

До сих пор не знаю, как оценивать это решение. Лучшее в жизни или же худшее.

– Эй, ребята, давайте жить дружно! – сказал я, вставая между животными.

Разумеется, им было на меня абсолютно плевать. Рык из пасти облезлой псины, на которой я только сейчас заметил довольно мерзкие язвы и проплешины, не внушал никакой надежды на мирные переговоры. Жаль.

Когда псина совершила рывок, я уже был готов и хорошенько вмазал ей берцем прямо по грязной морде.