Сны командора

Будучи приписанным к армейской службе в свои младые четырнадцать лет, Коля периодически появлялся в полку, занимаясь в основном домашним образованием на попечении маменьки. К семнадцати годкам демонстрирующий статность и тактичность обхождения Николай был переведен в гвардейцы в чине сержанта по протекции брата отца Ивана Гавриловича, достаточно влиятельного петербургского чиновника и сенатора.

Николай проявил с детства способности к гуманитарному образованию, лучше всего ему давались иностранные языки, а еще танцы и манеры обхождения.

Не отличаясь крепким характером и способностями к фехтованию и стрельбе из пистолетов, Николай Резанов брал умением тактично общаться и быть посредником в острых спорах. Эти умения дали ему возможность прославиться в качестве говорливого адвоката.

И вот теперь, уже в чине поручика Николай Резанов оказался назначен командовать конвоем императрицы как заметный гвардейский офицер. Без участия брата отца и в этом случае, как поговаривали, не обошлось.

Дела в государстве шли успешно.

Светлейший князь Григорий Александрович Потемкин уверенно и талантливо вел воинские дела, отвоевывая и осваивая новые территории и рубежи на западе государства российского. Русское оружие и талант фельдмаршала А. В. Суворова и адмирала Ф. Ф. Ушакова приносили России все новые и новые победы. Число подданных Екатерины II росло, и настал момент, когда интерес императрицы к новым территориям, а особенно к Крыму, достиг такого уровня, что было решено: пора окинуть завоеванное взглядом полновластной и рачительной хозяйки.

Откладывали несколько раз поездку из-за неотложных дел и нежданных событий, но к новому 1787 году все отладили, и в январе, сразу после новогоднего праздника, свита императрицы отбыла из столицы в Царское село, а уже оттуда и далее – на Киев.

«Путь на пользу» – так определила кратко цель и задачи путешествия императрица, ибо намеревалась по дороге исправить увиденные административно-хозяйственные неполадки своего «маленького хозяйства», как она шутливо называла Российскую империю.

«Я путешествую не для того только, чтобы осматривать местности, но, чтобы видеть людей. Мне нужно дать народу возможность дойти до меня, выслушать жалобы и внушить лицам, которые могут употребить во зло мое доверие, опасение, что я открою все их грехи, их нерадение и несправедливость», – говорила Екатерина французскому послу Сегюру, который трясся в возке во время поездки рядом с ней.