Сны командора

Николай, будучи в этот момент в состоянии воодушевленном и полагая, что это не столь уж сложная и опасная затея, похожая скорее на шутку, согласие свое после недолгих колебаний дал.

Для реализации мероприятия Николай Резанов приготовил очередных двух гвардейцев, которых обещал упросить не распространяться о подмене, давая понять, что замена денег как бы санкционирована сверху и соответствует плану. При въезде в очередной городишко, после всех приготовлений и подмены золотых руб лей на пятаки и гривенники, провели мероприятие, и к вечеру Николаю принесли увесистый мешочек тяжелых монет с дорогим ему профилем Екатерины.

Незатейливо задуманное предприятие успешно было реализовано еще несколько раз, что позволило скопить поручику изрядный капитал и уже думать о том, что он сможет наконец помочь матушке своей, которая страдала от безденежья с младшими детьми без должной помощи отца, перебиваясь помощью родни.

Отец Николая Петр Гаврилович – служивый человек, волею судеб отосланный в Сибирь, в далекий Иркутск, отбывал срок в совестливом суде председателем.

В Иркутске он задержался надолго, отлученный от семьи за уличение в растрате казенных денег. Следствие вели уже несколько лет, и конца этой выматывающей душу волоките не было видно.

Но гром грянул скоро, и спланированная, казалось бы, ответственными людьми затея всплыла и дошла до ушей самой Екатерины. Возмущенная обманом матушка-императрица потребовала выявить всех причастных к подлогу, что было сделано практически мгновенно.

Оказалось, что, прикрываясь разбрасыванием медяков и серебряных полтинников, часть денег просто украли.

Все причастные к подмене и краже монет тут же были отданы под суд и отправлены в тюрьму уездного городка, через который проезжала Екатерина со свитою в этот раз, а Николая не тронули, но позвали к императрице.

– Что ж ты, братец, мало получаешь жалования от меня, коли позарился на золотые рубли? Это же глупость и подлость какая – воровать у меня! Нехорошо это.

Не могу тебе верить теперь. Вон из гвардии! И чтобы в Петербурге не показывался, пока не заслужишь прощения, – гневно подвела черту под их отношениями Екатерина. Сурово насупившись и поджав губы в сожалении от всего случившегося, императрица смотрела теперь надменно, а взгляд её был устремлен над головой поручика.

Сказано было все спокойно, гневно и прямо в лицо. Возвратить деньги не потребовала, а более Николая никто не беспокоил.