Луна обетованная

В НАСА считали, что проект нужно немедленно закрыть, все разработки по дальнейшему освоению Луны срочно заморозить. Во многих странах прошли митинги с требованием запрета полётов на Луну. Страны-участники, одна за другой объявляли «космический» карантин и заявляли о временном выходе из проекта.

Россия и Китай выступили против закрытия. Центр Изучения и Освоения Космоса, ЦИОК, объявил: «За людей будем бороться. Одних, мы их в беде не оставим. Космодром „Восточный“ и город Циолковский объявляются закрытой зоной повышенной опасности с десяти километровой карантинной зоной.

„Восточный“ будет работать только на проект „Луна“».

Но то, что на самом деле происходило на «Луна-центр», на Земле не знали.

ГЛАВА 6: ЗУЛЬФИЯ

Зульфия нашла Максима лежащим в коридоре. Она открыла ближайшую дверь комнаты, которая была пуста, комната Платона Байспак, психолога базы. Девушка с трудом затащила Максима в жилой блок. Зульфия скинула матрац на пол, нашла в шкафу чистое бельё и перестелила его. Максим сильно застонал и медленно сел на полу.

Широко раскрыв глаза, он уставился в угол. Девушка медленно подошла к сидящему мужчине, дотронулась до его плеча. Он резко обернулся, посмотрел на Зульфию. Сильно сжатые челюсти заскрипели. На лбу выступили капельки пота. От напряжения на шее вздулись вены. Мужчина попытался подняться на ноги, но руки и ноги не слушались его. Он завалился на бок, издав протяжный вздох, больше похожий на вой. Девушка аккуратно перевернула напряжённое тело Максима на застеленный матрац. Даже на расстоянии чувствовался, исходящий от его тела, жар.

Вечером Зульфия проверила всех поселенцев, находящихся в своих комнатах. Последний, к кому зашла девушка, был Артём. Он лежал в постели зафиксированный верёвкой. Девушка провела рукой по холодному, мокрому лбу. Она поднесла руку к губам, застыв на некоторое время. Дыхание было слабым. Зульфия наклонилась к уху мужчины и тихо прошептала:

– Пожалуйста, выздоравливай. Я осталась одна. Один раз ты мне помог.

Мне очень нужна твоя помощь.

В закрытом пространстве, без солнца, было тяжело ориентироваться во времени. Монитор, который висел в коридоре на стене, показывал земное время. Шёл пятый день, как Зульфия осталась одна. Она, осталась последней надеждой, последней защитой, у оставшихся в живых поселенцев, которые не могут выжить без ухода хрупкой, молодой девушки. Она осознавала всё положение, поэтому все плохие мысли, заползающие в её голову, гнала прочь.