Реинкарнация Демон

– Ну что, други? Как поступим с воришками?

Нарочито громко, успокоившись, закричал Дук, сгребая со стола сдачу предназначенную Норману.

– Запрём их в сарае, а хозяйка потом отдаст их стражникам? Пусть им на пеньке рученьки по локотки отрубят. Или устроим делёж. Заберём деньги с оружием, а щенков выбросим на дождь?

– У них и лошадки статные за дверью.

Крикнул кто-то от хозяйской стойки.

– Вот, вот! Я думаю, что лошадей, да деньги с оружием нужно забрать однозначно! Отдать хозяйке, да погулять всласть! А руки, оставим.

Всё-таки ребятня. Как, согласны?

Так же зычно высказал свои соображения худой бородач.

Народ, к тому времени, собравшийся вокруг стола с молодыми приятелями, одобрительно зашумел.

– Ну и решено!

Поднимаясь из-за стола уже тише процедил сквозь зубы рыжий.

– Снимайте, хлопчики, сбруи, да вытаскивайте остальные монеты! А сами выметайтесь отселе, пока народ не раздумал.

Норман ,обдумывая сложившуюся ситуация, глядя на окружающих, пытался найти хоть какой-то выход из этого положения.

Но тут в дело вмешался Зинала. Вскочив со своего места, он через стол яростно ударил Дука в челюсть. Да так сильно, что тот невольно отпрянул назад , повалив за собой табурет. Мотнув как бык головой, он со злостью прошипел;

– Да ты щенок, бодаться со мной вздумал?

И в тот же момент, замахнувшись, нанёс ответный удар. Зинала, сбив за собой табуретку и несколько человек из любопытных, отлетел в угол и замер.

Что произошло в следующую минуту Норман, как не пытался, не мог вспомнить.

В памяти осталось лишь то, что ухватившись за свой медальон, он прошептал тихо;

– Помоги мне!

Сознание вернулось к нему стоявшему у двери. Его руки, одежда, лицо, всё было в крови. Как и заведение, где они с приятелем недавно отобедали. Всё, абсолютно всё, вокруг было залито ей. По всему постоялому двору были разбросаны части человеческих тел. А распотрошённое безголовое тело рыжего Дука, было прибито оленьими рогами к потолку над барной стойкой. Создавалось такое впечатление, что людей, как тряпичные куклы здесь рвали на части.

И лишь обмякшее тело Зиналы по-прежнему в целостности лежало у стены. Такое не могло присниться Норману даже в страшном сне. Увидев эту картину, ему стало не по себе, голова закружилась, отчего он прильнул к стене, затошнило и обильно вырвало. Через некоторое время, придя в себя, он поспешил к товарищу. Осторожно переступая через человеческие останки, он добрался до противоположной стены.