Реинкарнация Демон

Все что-то мелодично пели. Затем, к нему подошла женщина, возрастом старше его вдвое, с кувшином в руках. Предложив ему выпить содержимое. Норман, три раза приложился к кувшину губами, каждый раз, невероятно долго, как показалось ему, выпивая из него кисловатый тягучий напиток. После чего, в его левой ладони снова оказалась рука Мэли. Женщина переплела их руки ивовыми прутьями и провела три раза вокруг огня. В это время, стоявшие позади их, кругом, молодые девушки и юноши поднимали руки вверх, благодаря создателя, и бросали цветы поверх их голов.

Какое-то время женщина обмахивала пару, связанную руками, дымящейся головёшкой из костра. Затем вновь Норману и Мэли предложили выпить из кувшина. В голове юноши творилось что-то непонятное. В конце концов дрёма полностью окутала его сознание. И очнулся он лишь от шума голосов раздававшихся невдалеке.

– Вы что не понимали, что человек с дороги? Что даже молодой организм может уставать? Как вы допустили к обряду юношу без его согласия?

Услышал он мужской скрипучий голос где-то рядом.

– Но я вижу такое впервые. Да и он согласился! Все тому свидетели.

Оправдывался женский голос. Который показался Норману немного знакомым.

– Под влиянием освещённого напитка? Ты это хочешь сказать Эрма?

Напирал на него мужской.

– Это совершенно безобидное варево. Ты прекрасно знаешь об этом. А ещё, он так смотрел на Мэли. Что даже ты всё понял бы без слов.

Не сдавался женский тенор.

Норман с трудом открыл глаза. Увидел над собой деревянный потолок и попытался повернуть голову в сторону голосов. Но она оказалась такой тяжёлой, словно была наполнена железом. И совершенно отказывалась слушать хозяина. Тогда он попытался что-то сказать. Но, вместо внятного членораздельного слова, из его рта вылетело неразборчивое мычание. Стоявшие недалеко люди видимо заметили это. Потому как мужчина произнёс;

– Он очнулся! Слава создателю!

В туже секунду перед его глазами возникли знакомые лица Зинала и Огониса.

– Брат, ты жив?

– Как ты себя чувствуешь?

Перебивая друг друга, затараторили они. Норман попытался ответить им, но вновь из его рта донеслось лишь слабое мычание. Тогда в разговор вмешался уже знакомый мужской голос;

– Ему нужен отдых! Огонис, дай ему слабого мёда. Пусть снова заснёт.

Лицо Огониса на некоторое время исчезло. После чего к губам юноши прикоснулось холодная чаша.