Право на жизнь

Пока всё складывалось неплохо.

Проснувшись, профессор переоделся в униформу оператора, быстро съел завтрак и отправился в пункт управления энергоустановкой. Только сейчас, когда местные жители спешили на работу, Дейч понял весь ужас генной катастрофы. Его душа откликнулась на увиденное самыми разнообразными чувствами: ужасом и любопытством, жалостью и стыдом. Он инстинктивно нагнул голову и постарался не смотреть на прохожих или отводил глаза в сторону, если кто-то оказывался рядом. Ему казалось, что все неодобрительно смотрят на него и считают своим личным врагом.

В подавленном настроении он прибыл на пункт управления энергетической установки. Там его встретил худощавый человек с вывернутой влево головой и причудливо изогнутым позвоночником. Это был начальник энергоустановки. Судя по выражению его лица, он был крайне раздражён.

– Так ты и есть тот самый Дей, которого мне удружил комендант острова?

– Да, явился на дежурство.

– Явился, не запылился. Хорош гусь. Ведь ты не из нашей среды.

– Я выступал против генной модификации людей. Теперь меня преследует полиция. Поэтому я здесь.

– Это твои проблемы, и они нас не касаются, – сварливо продолжил он. – Если ты думаешь, что мы тут все против генной модификации, то ошибаешься. Просто нам не повезло. Если бы генетики не ошиблись, то я был бы в элите и процветал.

Его цепкие паучьи руки вцепились за лацканы рабочей куртки Дейча. Он с ненавистью уставился в лицо профессора.

– Мне просто не повезло, я не такой счастливчик, как ты. Подумаешь, какая трагедия, его преследует полиция из-за убеждений. Лучше поменять убеждения, чем влачить жалкое существование на острове людских отбросов.

Сбросив на Дейча свою обиду, он отпустил его куртку и, почти примирительно продолжил:

– Ладно, вот место оперативного дежурного. Ознакомишься с инструкциями и можешь приступать к работе. Да, на рабочем месте не спать и не покидать его, пока не сдашь сменщику.

Начальник, не попрощавшись, вышел из пункта управления. Дейч сел в кресло дежурного и стал знакомиться с инструкциями. Работа оказалась не сложной. Все процессы облуживания были максимально автоматизированы. В редко возникающих нештатных ситуациях принять правильное решение помогал искусственный разум.

Потянулась бесконечная череда однообразных рабочих дней. Выходных и праздников здесь не было. Профессор стал постепенно привыкать к новым условиям жизни.