Срок давности

Улики сыпались на следствие, как из рога изобилия… И с точки зрения уголовного права, общего здравого смысла и совести полицейского Михаил Фирсов действовал правильно!

Закон суров, но таков закон!

Но потом всё как-то рассосалось и разрешилось само собой…

Они снова подружились, и майор Фирсов был даже приглашен в Загс, где Оксана Боровик стала мадам Шмаковой…

Сейчас майор зашел к руководству «Аркадии» со скользким и неуютным делом.

Он просто разрывался между присягой и совестью…

Накануне на обычном совещании полковник Сироткин заявил, что вечером пройдет операция по захвату крупного наркокурьера…

Обычное дело!

Но майора Фирсова смутило одно обстоятельство.

Шеф сообщил, что он сам проведет обыск в двадцатом номере пансионата «Аркадия»!.. При этом Сироткин проговорился, что Марина уже подготовила протоколы.

– Работы там всего на полчаса!.. Быстро находим пакет героина, пакуем клиента, с понятыми подписываем бумаги и все свободны!.. Через неделю дело будет в суде.

Зайдя к секретарю Марине, майор использовал всё свое обаяние… Он сплетничал о сотрудниках и плакался о своей неудачной личной жизни.

В конце концов он «случайно» увидел протокол обыска в пансионате «Аркадия».

В этой бумаге четко сказано, что в спальне двадцатого номера, где проживает гражданин Рыжиков, в его прикроватной тумбочке обнаружен пакет весом 523 грамма с порошком, похожим на героин.

Через час Миша Фирсов был у руководства «Аркадии».

– Ребята, я не знаю этого Рыжикова.

Может быть он и сволочь. Но сажать его надо за дело!.. А это подстава чистой воды!

– Почему ты так думаешь?

– Готовый протокол! Полковник заранее знает где найдет, что и сколько!.. Кстати, у нас не так много было пакетов героина. Я точно помню, что год назад была пачка в 523 грамма.

– И где этот пакет?

– Уничтожен по описи!.. Нет, ребята, это чистая подстава. Полковнику срочно надо, чтоб этот Рыжиков сел надолго… Знаешь, Артур, мне просто жалко этого мужика!

– И мне, Миша, жалко этого непутевого Рыжикова!

Оксана с тоской смотрела, как горюют сорокалетние мужчины.

Горюют, и ничего не делают!

Так они проявляли свой русский характер – видели явную несправедливость, но надеялись на «авось»… Как-нибудь само рассосется!

И тогда женщина взяла отвертку и пошла по коридору в основной спальный корпус…

Из-за множества закутков и холлов в «Аркадии» двери номеров размещались так, что особой логики в нумерации не усматривалось.