Герой вчерашнего дня

Он и раньше прикладывался, но в то время у него был стимул к жизни, была работа. А теперь… Чертовы людишки!

Ее старые глаза видели тень в подвале. Видели странную крысу перед собой, но вполне воспитанную и выручившую ее в трудную минуту. Пусть не местную. Пусть лысую. Хворую, наверное. Но никак не человека.

Так вот.

Закипел чайник.

– МАМА?! – вдруг раздалось из-за спины. Я аж подпрыгнул на стуле и чуть не перевернулся с него. – Ты кого домой притащи-и-и-ила?! —дверь громко хлопнула.

На пороге стоял здоровенный такой крыс, едва не задевая головой потолок.

Я был не маленьким, но по сравнению с ним казался коротышкой. Он пронзал меня своими темно-коричневыми глазами под цвет его бурой шерсти c проблесками седины. Его кулаки сжались в гневе. Изо рта текли слюни.

– А? – только и успела произнести опешившая старушка.

– Ты домой ЧЕЛОВЕКА впустила!

– Как человека? Как… что…

Несмотря на его габариты и покачивающееся поддатое тело, резвости ему было не занимать. Однако, в нужный момент я успел среагировать.

Он метнулся в мою сторону со скоростью пронзительной молнии. Так ведь и я был не лыком шит. Отпрыгнул со стула назад, перелетев через спинку, обитую мягкой бардовой тканью. Верзила со всей мощи врезался в дубовый столик, отбросив его со своего пути, словно картонку. По разным углам полетело и то, что было на нем. В глазах крысочеловека я отражался маленьким робким мышонком, зажатым в угол. Слюни из его пасти вместе с запахом дешевого алкоголя долетели до меня. Я вытер рукавом лицо и попытался оббежать его стороной, чтобы вырваться на улицу через дверь. Но не тут-то было! О, конечно же не могло быть все настолько просто. Нет-нет-нет. Мой порыв нахлынувшей резвости оборвался в зачаточном состоянии. Его величество правая лапища схватила меня за шкирку, точно маленького котенка, и зашвырнула в сторону. Да, я отлетел и двинулся всем телом о стену, а затем повалился на пол, пытаясь схватить ртом горсточку кислорода. Нет, мне не было больно. Мне было ОЧЕНЬ больно. Перехватило дыхание. Я чувствовал, как краснею, а затем синею. Но понимал, что сейчас не лучшее время разлеживаться и страдать. Громила уже направился в мою сторону. Старушка же причитала о том, какая же она вся такая нехорошая по своей старческой глупости и слепоте впустила домой ПАРАЗИТА, а еще и кормила его, поила. Вот так-так! Замечательно, ничего не скажешь! Спасибо вашему дому, я пойду к другому. А, нет, показалось.