Война: где грань между правдой и ложью?

К ним «относятся убийства, истязания или увод в рабство или для других целей гражданского населения оккупированной территории; убийства или истязания военнопленных или лиц, находящихся в море; убийства заложников; ограбление общественной или частной собственности; бессмысленное разрушение городов или деревень; разорение, не оправданное военной необходимостью, и другие преступления» Не удивительно, что многие (не только МИД России) восприняли эту резолюцию как попытку возложить на указанные режимы равную юридическую ответственность за громадное число жертв Второй мировой войны.

Украинский премьер А. Яценюк пошел еще дальше, заявив в начале 2015 года на немецком телеканале АРД, что Советская армия осуществила «invasion (вторжение) как в Украину, так и в Германию» (на www.youtube.com можно послушать как в дословном переводе, так и в оригинале). Смысл здесь один – мы не освободили Европу от фашизма, а вторглись в нее. Как непрошенные гости. Принимающие Яценюка германские лидеры промолчали.

Тем самым еще шире открыли шлюзы для потока лжи и фальсификаций. О том, что Яценюк не случайно выплеснул в эфир эту ложь, свидетельствуют последующие шаги некоторых западных политиков. В том же, например, январе 2015 года министр иностранных дел Польши заявил, что Освенцим освободила от фашистов не Красная армия, а украинские войска. А Латвия заблокировала проведение во Франции выставки о трагедии в Саласпилсе.

Причины как будто понятны, они лежат в политической плоскости и связаны с заинтересованностью отдельных кругов в разжигании антироссийской истерии.

Но надо сказать и о другом.

В определенной степени мы сегодня вкушаем плоды с дерева, которое выращено еще в СССР. Многое тогда отфильтровывалось и ретушировалось, вырезалось и подчищалось, пропускалось через цензуру и идеологическое сито. Лишь в начале 90-х годов прошлого века начался обратный процесс. Обнародованы тысячи ранее недоступных документов. Появилось немало новых энтузиастов-исследователей, благодаря которым мы узнаем правду, какой бы она ни была о ранее неизвестных страницах военной истории.

В то же время, многие профессиональные историки, специализирующиеся на изучении Второй Мировой войны, не торопятся изучать новые документы из открывшихся архивов, продолжают воспроизводить в своих сочинениях устоявшиеся в советское время ходульные идеологические штампы, не спешат давать адекватные ответы фальсификаторам причин и итогов войны.