Дурачок, или Эротический сон в августовскую ночь

Я пошёл назад, весьма довольный собой, благодаря великое Непостижимое за ниспослание «хлеба насущного». Дверь в производственное помещение была только прикрыта. Полюбопытствовал: «… Ма-ать вашу!..»

Помещение оказалось просторным. Во всю длину его тянулись металличские столы в два ряда. На столах горы продуктов. А вокруг копошились люди в белых халатах. Тишина нарушалась только негромким нечленораздельным говором, подобным жужжанию. – На осиное гнездо похоже… «Наверняка приезжие», – подумал.

Но дело не в осах, а в том, что каждое из этих, так сказать, насекомых скоро брало по фрукту-овощу, вдувало в него нечто громадным шприцем, а потом бросало в тележки на колёсах.

Прямо же против дверной щели стояла и ёмкость, из которого шприцы пополняли. На ней я с ужасом прочёл преследующее меня слово «оптимизация». Рядом красовалась нарисованная рожица Кадерусселя. Выражение её было весьма ехидным. – «Хорошая сволочь, не наче».

Тут одна из жирных ос, подошедшая к ёмкости со шприцем, заметила меня. Тыква её перекосилась.

И она, направив шприц на меня, изо-всех сил нажала на поршень…

Моё счастье, зелья там было мало – не долетело. Я дёрнулся прочь и, не рискуя быть догнанным, затих между баками. Осы тут же превратились в кур и громко закудахтали.

– Ну и где этот мерзавец? – лениво спросил недовольный мужской голос.

– А ты б побёг, догнал бы да всадил ему в задницу порцию, – ответила с хрипотцой, судя по всему, толстая тыква. —

Молчание. —

– А слышь, Марья, глянь, заря расписная только занялася.

Не проснулся я ещё зайцем скакать, – тот же недовольный голос. Я представил этого мужика почему-то в виде большого сонного петуха.

– Тфу, работничек! – ответила Марьина тыква, и дверь с шумом закрылась…

«Женское неудовлетворение – вещь серьёзная, особенно по утрам», – подумал я, осторожно выглядывая из-за бака…

Никого не было. Я положил добычу обратно в бак от греха: «Наверняка и туда оптимизацию впрыснули». И раздумчиво стал возвращаться к девахе…

Голод как-то поутих сам собой.

Вот вам прекрасное средство для похудения: главное, сильно испугаться еды, поняв, что она отравленная – и жрать не захочется. Советую всем толстым.

Шёл и утешался мыслью, что в пожилом возрасте сытость редко бывает совместима со здоровьем. Хлеб видел по дороге там и сям… «Почему люди в разных странах бросаются хлебом?.. Неужели и в Африке так?..» Во всяком случае, в Южной Америке он тоже валяется – французские булочки. Даже бездомные подбирают не все.