Замкнутый круг

Гриневский поднял над головой тонкий пакет, прошитый со всех сторон нитками и пропечатанный печатями. Все подвинулись поближе, рассматривая конверт с завещанием.

Через пять секунд нотариус взмахнул ножницами, медленно отрезал край пакета и извлек документ. Все замерли.

Феликс Олегович приготовился читать, но потом отложил завещание и начал пересказывать его своими словами.

– Тут всего два пункта. Все движимое и недвижимое имущество передается детям. И квартира, и гараж с двумя машинами, и пять счетов в пяти банках, и мебель, и картины – все вам в равных долях! Все, кроме одного объекта.

В кабинете повисла пауза. Гриневский замолк и сел. А Иосиф Собакин встал и рявкнул во весь голос:

– Это, кроме какого такого объекта? Договаривай, нотариус!

Феликс встал и продолжил, обращаясь к сыну академика лично:

– Не надо так волноваться, уважаемый Иосиф Трофимович. В завещании есть второй пункт. По нему дачный домик в Малаховке отходит госпоже Яремчук Г. Т.

– Кому?

– Тому, кому слышали.

Доктору, которая лечила академика. Которая выхаживала его в последние месяцы жизни. Той, которая, в конце концов, была почти членом семьи!

– Стоп, Гриневский! Это она была членом? Она кто такая? Ни жена, ни любовница! Я точно знаю, что у отца с этим делом уже десять лет, как полный провал! Кто она? Она – врач! Она исполняла долг Гиппократа! А за долг никто наследство не дает. Я прав, нотариус?

– Вы не правы, Иосиф Трофимович. Ваш отец проникся чувством к молодой женщине.

Это мощная последняя любовь! Так часто бывает. Вы же слышали, что седина в бороду, а бес в ребро. А вообще-то я не обязан объяснять! Я объявил вам последнюю волю академика – вот вы с ним и спорьте.

* * *

Спорить с покойным никому не хотелось. Да и какой толк? Это, как мертвому припарки…

Только Варвара встала, подошла к Гриневскому и попыталась взять из его рук текст завещания. Но нотариус ловко устранился и спрятал бумагу в сейф.

– Скажите, Феликс Олегович, это подлинник?

– Да.

А вы, извиняюсь, кто?

– Я – Варвара Галактионова, сотрудник детективного агентства «Сова».

– Очень приятно!

– Не думаю, что приятно! Мой клиент сомневается в подлинности завещания. Я возьму его на экспертизу. Я возьму под расписку, на короткое время. Или вы сразу подтвердите, что это фальшивка?

– Здесь все законно! Это правильный документ! Но вам я его не отдам даже под угрозой расстрела. Хотите копии? Я уже сделал шесть штук.