Солнышко

Он не остановится, тем более после случившегося.

Что ему теперь делать? Не выходить из избы и умереть от старости либо бежать, но быть вскоре жертвой Чудесных Тварей или диких животных?

Он поднимает заплаканные глаза на девицу, которая смотрит будто сквозь него. Воемил еще никогда не встречал людей с одним выражением лица. Она словно ничего не чувствует: ни сожаления, ни грусти, ни злости. Быть может, девицу прокляли? Если это действительно так, то он очень сильно сожалеет.

Девица выпрямляется в спине и теперь глядит точно на Воемила.

– Успокоился? – вопрос почти выходит утверждением. Воемил кивает и последний раз шмыгает носом. – За что они так с тобой?

Воемил рад бы ответить, но не может. Сам не знает причины. Просто в какой-то определенный момент, видно, злоба и ненависть полностью захватывает разум и тело, и человек перестает быть собой. Каждый раз хочется больше и больше. Ярость Владимир однажды достигла определенного пика, когда Воемил попробовал заступиться за себя и кинул что-то резкое, но правдивое.

Воемил точно не помнит, что тогда он ему сказал, но в тот момент Владимир цело потерял над собой контроль и сделал так, чтобы тот больше никогда не бросался словами в его сторону. Этот фрагмент прошлого очень хочется забыть, не помнить ту острую физическую боль и тупую моральную.

– Хочешь, я убью их? – спокойно, будто говорит о погоде. – И они больше не станут тебя докучать.

Резко встает, хватается за булаву до беления костяшек и уже срывается с места, как Воемил встает у нее на пути, выставив руки в стороны.

Взгляд прямой и уверенный. Она не тронет их.

– Почему ты защищаешь своих обидчиков?

Воемил кладет ладонь на грудь. Кажется, девица начинает его понимать.

– Слишком добрый.

Отрицательно мотает головой. Вновь повторяет действие.

– Чтобы это не значило, они убьют тебя рано или поздно.

Воемил и сам это прекрасно знает, но не желает их смерти. Не считает он правильным отнимать чьи-то жизни. В какой-то степени он понимает Владимира.

Тот тоже подвергался травле в детстве, когда он появился на свет. Мальчишки толкали его, обзывали и закидывали камнями, пока тот не стал давать отпор. Каждый день он дрался и приходил домой в синяках, с разбитой губой, коленками, локтями. Матушка часто ходила ругаться с соседями, когда батюшка ничего не предпринимал. В тот период Владимир почти не видел его, он часто пропадал у Анны. Именно он дал имя Воемилу, считая его милым и добрым ребенком.