Солдат Империи. Книга четвёртая. ЧВК

Сорок нашёл свою семью, которая при набеге успела убежать в лес, пока Сорок отбивался от хазар рогатиной[6 - Рогатина – копьё с толстой ручкой и плоским жалом на конце, как треть лезвия меча, для охоты на медведя.]. Вятичи и мордва из сгоревшей деревни заночевали в трёх сараях, так как в избах мест не было. Уезжая утром Избор сказал Сороку,

– Если решишь прийти к нам, то милости просим. Роды наши вас не примут, но у нас живут «изгои», это те, кто живёт не в наших градах, а в лесу. У них есть земельный надел, они торгуют с нами.

Мы им хлеб, сукно, жито, они нам делают стрелы, серпы, мечи, меха. Если решишь перебраться к нам, поможем дом поставить, хлев, землю расчистить и распахать, семян в долг дадим.

– А как я зиму буду жить? – ответил Сорок.

– Изгои помогут, дадут приют, мы хлеб, да и долю ты получил от набега.

–Моя доля меньше твоей.

–Свою долю я разделю с вдовами и сиротами, остальное с воинами, так что у меня останется не больше твоей доли.

– А люди мои как? Если и они захотят перебраться к вам?

– Всех примем.

Пока жить будут в остроге, весной град вам построим у изгоев.

– Я поговорю со своими, как решим сразу придём.

– Ждём вас. Здрав будь и родичи твои.

Избор на следующий день прибыл к себе в острог, осмотрелся и понял, что не хватает два десятка воинов. Зашёл в жилище, где ночевали воины, снял кольчугу, повесил щит на стену, присел на чурбак, стоявший в углу около двери, задумался, правильно ли сделал, что пригласил мордву к вятичам.

Зашёл Крок поприветствовал и сказал.

– Лют тебя зовёт, он в граде. Кони осёдланы, можно ехать.

–Кто за старшего останется?

–Нечай. Лют сказал.

– Едем.

Через три часа Избор въехал в свой град, повернул направо в переулок, и через двадцать саженей остановился у ворот. Привязал коня, зашёл внутрь двора, обмёл гусиным крылом сапоги, вошёл в жилище. Потрескивали дрова в печке, пахло хлебом и мясным варевом.

– Мир вам. – произнёс Избор и поклонился.

– И тебе мир. – ответила его мать Млава и также поклонилась.

Лют лежал около печки на топчане, накрытый медвежьей шкурой, глаза его были прикрыты, он дремал.

– Как он? – спросил Избор.

– Уже лучше, кровь не идёт, дремлет, питьё даём, травяные повязки меняем.

– Иди сюда. – тихо произнёс Лют.

– Здесь я батюшка.

– Как сходил?

– Наши все вернулись, целые не пораненные. У мордвы пять погибли, четверо по- ранены.