Солдат Империи. Книга первая. Закат

Медленно крутя ручки, я наводил на талибов, которых видел в прицел.

– Выстрел! – выкрикнул я и открыв рот нажал на рычаг пушки.

Танк слегка подбросило и пробежала дрожь отката орудия.

– Заряжай!

– Готово.

– Выстрел.

– Заряжай!

– Готово!

– Выстрел!

Я сбился со счёта сколько выстрелов произвели, башня заполнилась пороховыми газами, резало глаза и трудно было дышать. Кашляя от пороховых газов, я смотрел в прицел. Видел, как метались люди под орудийным огнём нашей пушки. Затем двое или трое повернули назад, за ними ещё несколько, затем все, кто остался живой.

В спину им затрещали автоматы подошедших бойцов Масуда.

– Открой верхние люки, – приказал я Юре.

– Механик, открой люк и включи вытяжку. Аварийный люк открой.

Затем поднялся на башню и стал смотреть в сторону, куда отступили талибы. Заметив скопление, нырнул вниз и крикнул Юре:

– Три осколочных, без команды. Заряжай!

Наведя пушку на скопление талибов, произвёл три выстрела. Очень удачными они оказались, упало в конвульсиях и с ранениями около сорока человек, остальные бросились в рассыпную.

Вытяжка не справлялась с загазованностью в башне, моторчик жужжал с надрывом, а дышать легче не стало.

– На башню, – крикнул я и дернул Юру за рукав.

Поднявшись на верх башни, мы увидели строителя-таджика, который сидел позади башни, обняв колени и, походу, молился аллаху или учил слово «линолеум». Мы с Юриком улыбнулись, и он дал ему щелбан точно в темя, от которого таджик вскрикнул и пришёл в себя.

– Скажи «линолеум», – засмеялся Юра и треснул ещё одного щелбана в лоб таджику, от которого тот упал на броню и что-то закричал.

Тут и я засмеялся от увиденного. Видимо он не спрыгнул с брони со своими и решил остаться на танке, но не ожидал, что танк будет стрелять, оглох от выстрелов и пришёл в чувство от Юриного щелбана.

В течении часа нам пришлось еще дважды открывать огонь по пехоте противника. Затем появился басмач из северного альянса, он принёс радиостанцию и сообщение, о том, что группа из трёхсот басурманских душ сместилась на две версты вправо и нам нужно приглядывать за флангом.

День перевалил за полдень. Нашего строителя звали Икром и по этому поводу пришлось его отправить к нашему генералу за едой, соляркой и снарядами. Отсутствовал он уже часа четыре. Хотелось пить, да и просто вылезти из башни и растянуться на травке с косяком в одной руке, водкой в другой.