Молот ведьм

Мы его предупредили и отослали подробный рапорт его руководству.

– Предупредили, – повторил я негромко, но выразительно, поскольку и за меньший грех священников лишали парафии, а то и отправляли в монастырь.

А попадись инквизитор слишком старательный – он мог бы начать официальное расследование с обвинением в ереси и закончить все костром. Даже принимая во внимание то, что священников не часто сжигали. Чрезвычайно редко – с точки зрения вашего нижайшего слуги, ибо слишком многие духовные лица искажали учение Христа.

Впрочем, по моему мнению, иначе и быть не могло: наипервейшими паршивыми овцами оказываются те, кто носит сутаны. Уж поверьте мне, милые мои, нет более подлого создания, чем сельский или местечковый священник. Глупость, соединенная с алчностью и отвратительными поступками. А вдобавок к остальному злу – желание усмирять и унижать остальных да слишком высокое самомнение.

– Подобрел ты под старость, Витус, – сказал я без злобы в голосе, но щеки его залил кроваво-красный румянец.

 – Предоставьте же мне, будьте добры, всю документацию следствия, включая копию письма, отправленного церковным властям.

Я встал и допил вино.

– Замечательное, – похвалил снова. – И покажете ли мне комнату?

Витус дал знак Ноэлю, и тот поспешно встал.

– Прошу за мной, – сказал он вежливо. – Но прими во внимание – и прости нам – что особых удобств у нас нет…

– Ничего, – оборвал я его. – Хватит кровати, стола и лампы.

Комната, мне предназначенная, была маленькой, но чистенькой, к тому же обнаружилось в ней все, что могло понадобиться: кровать со свежей постелью, крепкий стол и резное кресло с высокой спинкой.

Ожидая, пока братья-инквизиторы приготовят все необходимые документы, я решил вздремнуть. Блаженной памяти Лонна – владелица одного из знаменитых домов утех в Хезе – всегда говорила, что у меня легкий сон и что сплю я сторожко, словно птица. Это правда.

Я проснулся еще до того, как услышал стук в дверь. Достаточно было тихих шагов по каменному полу.

Я сел на кровати.

– Прошу, – сказал вежливо.

Дверь отворилась, и внутрь вошел сам Витус. Не выслал ко мне одного из своих помощников, но лично обеспокоился. Крайне интересно, поскольку речь ведь шла всего лишь о том, чтобы принести документы.

– Надеюсь, ты отдохнул, дорогой Мордимер, – сказал он с широкой усмешкой.

Из-под пухлых губ показались кривые желтые лопаты зубов. Забавно, что и в Академии он усмехался так же – когда поймал моего пса.