Молот ведьм

Для малого городка чудо могло стать настоящей золотой жилой. Сам я знавал случаи, когда люди путешествовали на другой конец Империи, чтобы помолиться у пахнущих фиалками останков, или предпринимали паломничество лишь для того, чтобы дотронуться губами до мощей святого. Впрочем, в том последнем случае кость святого оказалась бычьим мослом, а владетель чудесных мощей попал в подвалы. И ему еще повезло, что избежал, во-первых, ярости толпы (ой, не любят люди, когда их обманывают!), а во-вторых, пыток и костра. Мошенники существовали всегда.

Кто-то предъявлял перо из крыла архангела Гавриила, кто-то – кусок камня, на который ступил наш Господь, сходя с Креста своей Муки, а кто-то – и щепки от самого сломанного Распятия. Слыхал я даже о негодяях, показывавших бутылочку молока из груди Девы Марии и колючку из тернового венца Христа. Человеческая изобретательность не знает границ, как и всепобеждающая жажда сшибить грош у простецов. И несмотря на то, что наказание за подделку реликвий было суровым, а обманутые мещане или селяне порой и сами отмеряли святотатцу справедливое наказание, зараза сия не отступала.

Мы сели за стол, и я осторожно коснулся плеча хозяйки.

– Расскажите мне обо всем.

А потом только слушал – и знаете, милые мои, какое странное было впечатление у вашего нижайшего слуги? Было оно таково, что Хельга Вознитц говорит слишком складно, слишком последовательно и слишком логично. Словно бы некто подучил ее, что говорить. Конечно, я понимал, что сие впечатление могло происходить от моей достойной сожаления инквизиторской подозрительности, но с течением лет я научился дуть на воду и доверять собственной интуиции.

Я спокойно выслушал ее, но не узнал ничего, кроме того, что прочел уже в документах Инквизиториума. Заметил, что и Витус крайне внимательно прислушивается, а временами даже едва заметно кивает, будто вдова один в один озвучивала его мысли.

– Я хотел бы поговорить с мальчиком, – сказал я, а Хельга закусила губу.

– Конечно, ваша милость. Но пройдите наверх, поскольку мальчик прихворнул.

– Снова то же самое? Эта странная болезнь кожи? – в моем голосе не было и толики иронии.

– Нет, господин, – опустила голову Хельга. – Купался в реке, а было холодно…

– Обтирайте его водкой, поите горячим бульо-ном, и пусть лежит в тепле, – посоветовал я и встал. Инквизиторы поднялись вслед за мной. – Не стану причинять вам неудобство, – сказал я вежливо. – Вы ведь наверняка столько раз уже слыхали одно и то же, – усмехнулся им.