Меч ангелов

Позже я вспомнил, что слыхал уже о планах подготовки экспедиции под флагом Инквизиториума, целью которой должно было стать проникновение в Китай и его обращение, но идею эту воспринимали (и совершенно справедливо) как фантасмагорию. Потому что, коли уж долгие годы не случались крестовые походы ради освобождения страдающей под языческим ярмом Святой земли, так каким же образом собирались отправлять экспедицию в такую грозную и далекую страну, как Китай? Правда, существовала теория, гласившая, что Господь наш после завоевания Рима не был Вознесен, но удалился именно в Китай, чтобы там создать новое Царство Иисусово, однако Церковь подобную ересь искореняла совершенно безжалостно.

Так или иначе, но морочить себе голову Китаями или Индиями я не собирался, поскольку нынче меня куда больше заботило село Зайцен, дорогу к которому я узнал благодаря совершенным картам нашего Инквизиториума. Я надеялся, что именно там решу дело о похищении прекрасной Илоны, чтобы спокойно пересчитать полученный из рук Лойбе гонорар.

Во время же возвращения в Хез – а пути там несколько дней, – кто знает, не пожелает ли прекрасная госпожа выказать горячую благодарность инквизитору, который вызволил ее из неволи? Скажу искренне: я не имел бы ничего против такого оборота дел. Хотя следует признаться хотя бы себе самому: в прекрасной Илоне было нечто, способное превратить вожделение во влюбленность. Со своим необычайным талантом и бросающейся в глаза красотой она пробуждала во мне чувства, идущие куда дальше, чем жажда невинного флирта.

* * *

Мне не пришлось даже особо готовиться к дороге. Из конюшни Инквизиториума я взял рослого коня, сила и стать которого гарантировали, что он выдержит быстрое путешествие; во вьюки я вложил самые необходимые вещи, затем надел кольчугу и препоясался мечом. Тракт, ведший в Готтинген, мог сойти за спокойную дорогу, однако вооруженных людей всегда воспринимают с куда большим почтением, чем остальных подорожных, да и всегда ведь можешь наткнуться на какого-нибудь отчаявшегося бандита.

А у меня не было ни времени, ни желания драться на трактах. Конечно, в нашей славной Империи вообще не рекомендуется странствовать по ночам (разве что вы совершенно не цените свою жизнь или ищете острых ощущений), поэтому я намеревался всякий вечер задерживаться в какой-то из многочисленных гостиниц на тракте.

После полудня я миновал обильно увешанную трупами пригородную виселицу, над которой кружилась туча громко каркающих ворон.