Восход памяти

«При чем здесь моя работа?» – изумилась про себя Марианна за миг до того, как до нее дошел особый смысл этого слова.

– Нет-нет, что вы… – выпалила она. – Я же говорю, заблудилась. – И зачем-то прибавила: – Я – бухгалтер, если что.

– Заблудилась – это хорошо, – протянул Иннокентий, и рот его растянулся в широкой, по-детски наивной улыбке, только глаза его скрывались под слегка запотевшими очками.

Только теперь Марианна заметила, насколько в машине жарко. Ей захотелось расстегнуть пальто, но делать это в присутствии мужчины, который смел подумать о ней ТАКОЕ, было крайне неудобно, и она решила потерпеть.

Словно угадав ее мысли, мужчина произнес:

– Можете снять пальто, если жарко. Повесьте его на крючок! Сам я предпочитаю находиться в тепле, нельзя мне мерзнуть, медицинские показания, знаете ли.

«Ты ври, да не завирайся!» – подумала Марианна, глядя, как струйки пота стекают по его покрытой красными пятнами шее и как шумно, тяжело ему дышится.

– Выпейте воды! – Незнакомец откинул крышку бардачка, достал оттуда небольшую, по виду нетронутую бутыль и протянул девушке.

Та взяла бутылочку в руку, но откручивать крышку не спешила. В горле пересохло, но что-то подсказывало ей – эту воду пробовать не стоит.

– Что же вы не пьете? Пейте! – Иннокентий повысил голос.

Марианна подняла глаза и вгляделась в лицо мужчины: под носом собрались капельки пота; очки сильно запотели, и ему пришлось на несколько секунд их снять, чтобы протереть салфеткой.

Этого времени хватило Марианне, чтобы разглядеть то, что раньше скрывали стеклянные линзы, – его глаза с поросячьими зрачками, мутные, шальные, больные безумием глаза.

Подлинный ужас обуял Марианну, ни с чем не сравнимый страх сковал движения; ей хотелось кричать, но к горлу точно подступил комок, и крик застыл, так и не вырвавшись из груди.

«Так, – думала Марианна, пытаясь рассуждать здраво, – ничего плохого, в сущности, не происходит. Надо попить воды.

Нечего бояться. Этот субъект мне просто неприятен. Он донельзя бестактен, но это еще не делает его опасным маньяком».

Марианна открутила пластиковую крышку, не сводя глаз с Иннокентия, который словно успокоился и продолжал внимательно следить за дорогой. Мысли девушки вернулись к бутылке. С ней было что-то не так… крышка поддалась подозрительно легко. Горлышко уже коснулось губ; девушка, вот-вот собиралась сделать глоток, но руки сами отвели бутыль.