Ученица мертвой белки. Книга 2

Или жизнь обрушилась на нее катетером у вены и пробуждением отекших членов на жестком ложе медицинской каталки.

* * *

– Где она? – спросила Эльжбета Ракса.

Мать Янки стояла, опершись плечом о дверной короб в кабинете пани Барбары, куда только что добралась по извилистым коридорам пещеры. Никто не завязывал ей глаза: в отношении пани Раксы, многолетнего партнера Академии, предосторожности были неуместны. Впрочем, она без труда нашла бы кабинет Абовской и с завязанными глазами: бывать здесь приходилось не раз.

Но в тот день почва теряла твердость под высоким каблуком, колени подкашивались, весь мир будто разом лишился опоры – того и гляди развалится, как карточный домик!

Барбара ждала за столом, по привычке избегая прямых взглядов, и заметно нервничала. Кто-то из персонала вдруг поднял переполох, позвал ее, в палате что-то стряслось, она подскочила, как на пружине, не без облегчения отсрочив непростой разговор.

Эльжбета не осталась в дверях. По-хозяйски устроившись в кресле Барбары, она, нисколько не церемонясь, принялась перелистывать сложенные на столе бумаги.

Тем временем в коридоре стояли галдеж и суета: какой-то бедолага порезал вены, пришлось его срочно реанимировать. Но суматоха снаружи не трогала Эльжбету. Она неотрывно глядела на испещренный мелким почерком Барбары титульный лист, содержащий данные пациентки по имени Янина Ракса и черно-белое фото дочери.

Вернулась запыхавшаяся пани Абовская.

– Прости, Эльзи, у нас случай, как говорится, из ряда вон… Ненормальный русский отчебучил! Надо было сразу переводить его на особый режим.

Я говорила, да кто ж меня послушает?!

Пропустив мимо ушей сетования доктора, Эльжбета повторила вопрос:

– Где она?

– В операционной, – ответила Барбара поникшим голосом.

* * *

– Ну и напугала же ты нас, Янка! Слава богу, обошлось! – Улыбчивое лицо профессора Альберта Гловача выражало участие.

– Что случилось? – спросила Янка, поднимаясь с каталки в полумраке больничного коридора.

Она предприняла попытку высвободиться из оплетающих ее тело трубок, но пан Гловач остановил:

– Не время вставать.

Побереги силы!

Гловач не собирался отвечать на вопрос, и Янку охватила паника. Что, если она прошла испытание, взорвав землю огненных льдов, и ее везут в операционную? Она уже представила ухмыляющееся лицо медсестры Сильвы, в злорадном упоении затыкающей ей рот маской с ингаляционным анестетиком.

– Для чего? – обреченно спросила Янка, не особо рассчитывая услышать ответ.