Свободная любовь

Он ласково разговаривал с ней; Вандерера тронуло то, как покорно Эльвина шагала рядом с ним. На новой квартире ее ожидал сюрприз. На кровати лежало темно-коричневое платье с белыми полосками. Конечно, оно не было безукоризненно в смысле вкуса, тем не менее Эльвина нежно провела по нему рукой. Вандерер ожидал внизу, пока она переоденется, чтобы вместе отправиться за покупками. Он заверил Эльвину, что делает все по поручению Ренаты.

– Не знаю, право, чем я все это заслужила, – с тоской сказала Эльвина. Понемногу она становилась доверчивее.

Весь день они бегали за разными мелочами. Эльвина устала, что выразилось в том, что она стала больше говорить и ее худенькое личико раскраснелось. Заходило солнце, когда они шли через мост. Эльвина залюбовалась картиной заката, как будто никогда в жизни не видела солнца.

– О, какая зеленая вода! – говорила она. – Что за чудное небо!

Едва же Вандерер улыбнулся, девушка тотчас же замолчала. Он, очевидно, нравился ей. Анзельм со своей стороны находил, что Эльвина каким-то чудом осталась наивной и неиспорченной, как будто душа ее хранилась в несгораемом шкафу.

В одном из магазинов Вандерер случайно встретил знакомого коммерсанта. Из разговора выяснилось, что ему нужна кассирша, и он тут же рекомендовал ему Эльвину, скрыв, конечно, ее недавнее прошлое. Новизна положения отняла у Эльвины способность говорить. Но на коммерсанта она произвела, по-видимому, благоприятное впечатление.

Вечером Вандерер отправился с Эльвиной в театр.

Эльвина призналась, что никогда еще не была в театре, и сказала это таким тоном, точно каялась в преступлении.

Во время представления Вандерер не столько обращал внимание на игру, сколько наблюдал за своею спутницей. При первых звуках увертюры Эльвина побледнела, и все окружающее перестало для нее существовать. Ее музыкальная восприимчивость поразила его.

Когда в сцене тюремного заключения среди мертвой тишины раздался призывный звук трубы, Эльвина в изнеможении откинулась на спинку кресла, прижимая руки к сердцу.

– Мы поужинаем у меня, – заявил Вандерер, выходя из театра. Эльвина посмотрела на него преданно и устало заняла свое место в карете. Возбуждение угасло, и опять она рассеянно глядела отсутствующим взглядом.

Через два дня после этого он встретил Ренату в картинной галерее. Эта встреча имела для Вандерера роковое значение. Когда он расстался с Ренатой, закат показался ему ярче, а горизонт шире.