Исповедь сумеречного беглеца

А он, как раз, наступил сегодня.

Но так думала Сабина, я же всегда думал иначе. Меня нельзя было просто так захомутать сердечными узами брака, тем более что, по ее словам, мы были созданы друг для друга. Я же имел отличную от нее точку зрения– мне было удобно с ней только трахаться.

Что, что, но она это любила и делала с большим удовольствием. Волшебница привязала к себе тем, что в сексе для нее не было ограничений абсолютно никаких. О, сколько я провел романтических встреч с другими девчонками, которые чаще всего заканчивались сексом в миссионерской позе.

Это было чуть больше года назад. Я вернулся тогда из очередной командировки, и мы с Вадимом рванули на море, на берег лазурного средиземного моря, где на рассвете вместе с первыми лучами солнца к тебе врывается нежный, свежий, морской бриз, забивает полностью легкие озоном, привкусом соли, запахом йода морских, выброшенных на берег, водорослей.

Пару дней мы приходили в себя, осматривали достопримечательности, проводили разведку местности и злачных мест острова.

– Ты посмотри на эту компанию.

– Одна невинность, мать твою. – и Вадим смачно выругался вслух.

И, действительно, это производило впечатление. Одетые в купальники и парео девушки весело щебетали, то и дело постреливая глазками по сторонам. Солнце уже припекало, на пляже было очень жарко, и мы сидели в тени мандариновых деревьев потягивая маленькими глотками свежее холодное пиво.

Нега отдыха уже начала насыщать наши чресла и тут я заметил, что канонада усиливается, огонь на поражение становится интенсивнее и останавливается уже не на столько на наших лицах, как на детородных органах, которые, так и выпирали из наших плавок.

Отдельные особи, не скрывая заинтересованности вовсю и с вожделением рассматривали наши с Вадимом зады.

– Что ты бесишься, помнишь анекдот про быков, когда старый говорил молодому быку.

– Да помню я «спокойно спустимся и овладеем всем стадом», не продолжай, – Вадим сладострастно закрыл глаза и потянулся. Над столиком показался холм вожделения молодых дам. От чего гул за соседним столиком усилился.

– Жалко, что иностранки.

– А я в отличие от тебя «языкам не обучен», а только убивать и трахать. – съязвил он, но в глазах сейчас читалось уважение.