Исповедь сумеречного беглеца

Некоторые из них, оккупировали невысокую стойку бара, с вечно улыбающимся молодым темнокожим барменом.

Ворчливую тишину клуба заполнила необыкновенная музыка, которая пробиралась в душу и искала там закоулки твоей любви и похоти. В ней из невесомого эфира возникла она. Та, что охватывает тебя желаниями, покоряет мир обертонами своего очаровательного голоса. Новая и светлая муза испанского небосклона.

– «No te importa si te llamo m?o… Sоlo por hoy…» (Ничего, если я назову тебя своим, только сегодня?) – медленно заполняло тишину выжатого, как старый лимон, зала,

– «Si yo sе que vos sabes que puedo necesitar tu amor» (Если я знаю, что ты знаешь, что мне нужна твоя любовь) – неслось из уставших и надорванных динамиков.

Это пела свой медленный и душевный хит «Natalia Oreiro», молодая уругвайская исполнительница.

Песня была ласковым морем, которое омывает тебя набежавшей мелкой волной. Она медленно наползает на морской песок восприятия. Искрится в брызгах, под слепящим и кудрявым южным солнцем.

Твое бренное и усталое тело погружается в глубину. Ритм наполняется морской, соленой прохладой и оставляет на тебе рваные светло-зеленые водоросли слов, пахнущих йодом и свежим кофейным зефиром.

На дымящейся платформе танцевального зала, оформленного застывшими пятнами цветных фонарей, одинокие пары уныло или со страстью, молча прижимались друг к другу.

Они пытались, с упорством самоубийц, попасть в ритм танца, но чаще всего лишний алкоголь брал верх над разгоряченными останками былой свежести.

Эти странные, незнакомые между собой любовники, временно соединили мохито и крепкий, дешевый виски. Они несуразно разлетались в разные стороны под аккомпанемент заполняющего пространство ударника и саксофона.

Это было совершенно неожиданно, даже для меня, и, возникло ощущение реинкарнации наплывающего на тебя голоса в клубах несуразной, дымовой пушки.

На центр выбежала девчонка лет девятнадцати с изумительным чувством ритма и великолепной пластикой танца.

Она обхватила и прижала к себе несуществующего партнёра и закружила его в медленном круговороте своего желания и волшебства.

Легкий полупрозрачный топик оголял небольшую грудь с дерзко выпирающими сосками. Они периодически прятались от света софитов. А когда появлялись, вызывали бурлящий, нарастающий, тихий шепот вожделения большей части мужского зала.