Следы на бумаге

– Да, у каждого своя боль, – и Татьяна продолжила работу.

Подкапаев не понял, почему вдруг соврал? – «Хотя к этому всё идёт, отношения в моей семье натянутые, даже очень натянутые и вполне могут закончиться разводом».

Он вспомнил, как на днях предложил жене приобрести земельный участок: Она докрасила лаком очередной ноготь, вытянула вперёд руку, разглядывая результаты своей работы, без всякого обсуждения заявила: – «Я не свинья, чтобы в грязи копаться, и лопатой землю рыть – не моё это».

Подкапаев стоял, смотрел и не мог налюбоваться на эту, мало знакомую женщину, которая словно магнитом притягивает его, сама не замечая этого.

«Какие разные женщины, почему мне раньше не встретилась такая, как Татьяна», – посочувствовал он самому себе.

ПЕРвЫЙ БОЙ

Егора Боголюбова и ещё одного бойца взводный привёз на телеге на небольшую просёлочную дорогу. Определив удобное место для обзора в направлении, откуда можно было ожидать немцев, он посоветовал поскорее выкопать щель и замаскироваться.

Оставив ящик с бутылками зажигательной смеси, две противотанковые гранаты и по дополнительному подсумку с обоймами для винтовок, взводный уехал.

Окопчик выкопали быстро, благо земля была мягкая и вперемешку с песком. Они замаскировали края окопа дёрном и напихали за отвороты пилоток стебли травы. Рядовой Борис Шмаков, как старший по возрасту, взяв на себя командование, отошёл как можно дальше от окопа и пройдя туда – сюда по дороге убедился, что окоп и сидящий в нём Егор совершенно незаметны, даже для него, знающего, где он находится.

Стоял жаркий солнечный день. Где-то высоко в небе заливался жаворонок, вокруг жужжали пчёлы и шмели, собирая нектар с цветков. Почти невидимый парил коршун, нарезая круги то вправо, то влево в поисках добычи. Из леса иногда раздавалось пение кукушки: ку-ку, ку-ку, ку-ку… В очередной раз, когда Егор услышал кукушку, он мысленно спросил, сколько ещё лет ему осталось жить. Когда он досчитал до сорока одного, кукушка умолкла, «Это сколько же мне будет? Двадцать шесть плюс сорок один шестьдесят семь.

А, вдруг так и будет». После этого сильное волнение от ожидания будущего боя, как ни странно, стало постепенно проходить.

К полудню в маленьком окопе стало невыносимо жарко. Солнце нещадно жгло с зенита, и спрятаться от него не было возможности. Одежда насквозь пропиталась потом. Вот, когда они действительно пожалели, что взяли так мало воды, всего по одной фляжке, одна из которых уже закончилась.